Не установлены действительные обязательства, факты подписания деклараций, обвинение увеличилось, не указанны нормы закона. Апелляционное постановление Московского городского суда от 04.03.2020 №10-4590/2020 и Постановление Басманного районного суда

Статья 199 УК РФ 123
Московский городской суд в составе председательствующего судьи Смолкиной Л.М., при помощнике судьи Репкине Д.О., с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы Бурмистровой А.С., подсудимого Кол-ва С.В., его защитников - адвокатов Стенькина А.И. и Розенберга Е.Б., представивших удостоверения и ордера, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление Таганского межрайонного прокурора г. Москвы Бокова Д.К. на постановление Басманного районного суда города Москвы от 05 декабря 2019 года, которым уголовное дело в отношении Кол-ва С.В., паспортные данные, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, женатого, имеющего на иждивении троих малолетних детей, работающего управляющим <наименование организации>, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, возвращено Таганскому межрайонному прокурору г. Москвы в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения Кол-ву С.В. оставлена без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступление прокурора Бурмистровой А.С., поддержавшей доводы апелляционного представления, мнения подсудимого Кол-ва С.В., адвокатов Стенькина А.И. и Розенберга Е.Б., полагавших необходимым постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Органом предварительного расследования Кол-в С.В. обвиняется в совершении преступления, подробно описанного в обвинительном заключении. 

Постановлением Басманного районного суда г. Москвы от 05 декабря 2019 года уголовное дело в отношении Кол-ва С.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, возвращено Таганскому межрайонному прокурору г. Москвы для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении Таганский межрайонный прокурор г. Москвы Боков Д.К., не соглашаясь с постановлением, считает его незаконным, необоснованным и немотивированным, указывает, что нарушений уголовно-процессуального закона, а также прав обвиняемого на защиту в досудебной стадии производства по уголовному делу допущено не было. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. 

Вывод суда о том, что не определен действительный размер налоговых обязательств, является несостоятельным, поскольку в целях установления сумм неуплаченных Обществом налогов (налога на добавленную стоимость и налога на прибыль) следствием была назначена и проведена комплексная судебная бухгалтерская и финансово-экономическая экспертиза. Проведенным экспертным исследованием установлено, что сумма не исчисленного и не уплаченного <наименование организации> НДС за 3, 4 кварталы 2011 года составляет 28 256 282,78 рублей и налога на прибыль за 2011 год - 31395 870 рублей. 

Заявленные стороной защиты ходатайства о постановке перед экспертами дополнительных вопросов разрешены в установленном законом порядке, приняты решения об отказе в их удовлетворении, поскольку заявленные обвиняемым и его защитниками вопросы не относятся к предмету расследования. Вывод суда о том, что следователем подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета не истребованы у стороны защиты и не представлены экспертам на исследование, несмотря на то, что такое ходатайство заявлено стороной защиты, не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Вывод суда о перечислении в обвинительном заключении доказательств стороны защиты без раскрытия их содержания также является несостоятельным. Краткое содержание доказательств следователем в обвинительном заключении приведено.

Вывод суда о том, что в обвинительном заключении отсутствуют данные о том, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшие на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, противоречит материалам уголовного дела и не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Отсутствие указаний на конкретные редакции нарушенных Кол-вым С.В. норм Налогового кодекса РФ не влечет нарушения его прав и не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Неуказание редакций статей Налогового кодекса РФ на момент совершения преступления не влекут нарушения права на защиту Кол-ва С.В. и не являются препятствием для вынесения решения на основе имеющегося в деле обвинительного заключения.

Несостоятельным является и вывод суда о том, что в обвинительном заключении не указан способ уклонения Кол-ва С.В. от уплаты налогов. Сведения о способе совершения Кол-вым С.В. инкриминируемого     преступления     установлены     в     соответствии     со ст. 73, 171 УПК РФ и отражены как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, так и в обвинительном заключении.

Также несостоятельными являются выводы суда о том, что отсутствуют данные, указывающие на наличие у Кол-ва С.В. прямого умысла на совершение вменяемого ему преступления, что уголовное дело следователем Жар-вым Д.А. 09 августа 2018 года принято к своему производству без соответствующего указания руководителя СО по Таганскому району СУ по ЦАО ГСУ СК России по г. Москве. Полагает, что нарушений, сформулированных в Постановлении Конституционного суда РФ от 04 марта 2008 года № 2-П, которые суд не мог устранить в ходе судебного следствия, при производстве предварительного расследования и составлении обвинительного заключения допущено не было, обстоятельства инкриминируемого Кол-ву С.В. преступления установлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и подтверждаются совокупностью представленных доказательств, а доводы, положенные судом в обоснование необходимости возвращения уголовного дела прокурору, не отвечают требованиям ст.237 УПК РФ. Просит постановление суда отменить, уголовное дело вернуть в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе.

В своих возражениях на апелляционное представление защитники обвиняемого Кол-ва С.В. – адвокаты Розенберг Е.Б. и Стенькин А.И., приводя доводы суда, послужившие основанием для возвращения уголовного дела прокурору, ссылаясь на материалы дела, не соглашаясь с доводами апелляционного представления, считая их необоснованными, находят постановление суда законным и обоснованным, а апелляционное представление -не подлежащим удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и возражений защитников – адвокатов на него, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения.

Согласно ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на его основе.

По смыслу закона возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты и эффективного восстановления прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебной стадии, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Такие существенные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, свидетельствующие о несоответствии обвинительного заключения требованиям указанного закона и не позволяющее принять по делу судебное решение, отвечающее требованиям законности и справедливости, установлены судом и приведены в обжалуемом постановлении.

Как правильно установлено судом, представленное обвинительное заключение по настоящему уголовному делу не соответствует указанным требованиям закона и препятствует рассмотрению дела в судебном заседании.

Так, исходя из приведенных в постановлении суда нарушений уголовно-процессуального закона, следует, что они создают неопределенность в сформулированном органом следствия обвинении, нарушают право Кол-ва С.В. на защиту, поскольку лишают его возможности определить объём обвинения, от которого он вправе защищаться, являются существенными и неустранимыми в ходе судебного разбирательства, исключающими возможность принятия судом первой инстанции решения по существу дела на основании данного обвинительного заключения.

Вопреки доводам апелляционного представления, характер и содержание допущенных в досудебном производстве нарушений норм УПК РФ и прав обвиняемого, приведенных в постановлении суда, повлиявших на итоговые документы стадии предварительного расследования, обязывали судью, к которому поступило дело для рассмотрения по существу, принять решение о возвращении уголовного дела прокурору.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 "О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления", исходя из положений главы 34 УПК РФ, по поступившим уголовным делам о налоговых преступлениях судам следует проверять, содержатся ли в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении сведения о том, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, сроки уплаты конкретного налога, сбора, страхового взноса. При отсутствии указанных данных суд должен решить вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции обоснованно сослался на отсутствие в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении Кол-ва С.В. в качестве обвиняемого ссылок на конкретные нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшие на момент совершения преступления, которые нарушены обвиняемым в результате уклонения от уплаты налогов. При этом суд первой инстанции правильно указал, что установленные судом при первом возвращении уголовного дела прокурору 12 февраля 2018 года недостатки в полном объёме следствием не устранены, в частности, не указаны какие конкретные нормы законодательства о налогах и сборах (пункты, части, статьи действующей редакции закона, действовавшие на момент совершения преступления), нарушены Кол-вым С.В., тогда, как согласно п.3 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №48 от 26 ноября 2019 года по делам о налоговых преступлениях необходимо учитывать особенности действия актов законодательства о налогах и сборах во времени, установленные в статье 5 НК РФ.

Согласно ст. 199 УК РФ, разъяснениям вышеуказанного Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под уклонением от уплаты налогов, сборов, следует понимать умышленные деяния, направленные на их неуплату в крупном или особо крупном размере и повлекшие полное или частичное непоступление соответствующих налогов и сборов в бюджетную систему Российской Федерации.

При этом, исходя из требований уголовно-процессуального и уголовного закона, разъяснений  вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ в ходе производства по уголовному делу о данном преступлении обязательному установлению подлежат способы уклонения от уплаты налогов и сборов, сроки уплаты конкретного налога, сбора, наличие у виновного прямого умысла на полную или частичную неуплату налогов, конкретная сумма неуплаченных налогов, сборов, как обязательный признак состава преступления.

Вопреки доводам апелляционного представления, по данному уголовному делу эти требования закона следствием не выполнены.

До возвращения уголовного дела прокурору размер неуплаченного Кол-вым С.В. налога на прибыль составлял 31 064 513 руб., в то же время в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого Кол-ва С.В. в окончательной редакции этот размер налога составил 31 395 870 рублей. Однако следственным органом не дано какой-либо оценки данному изменению размера неуплаченного налога на прибыль в сторону увеличения объёма обвинения.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с правильным выводом суда и в той части, что следствием должным образом не проверен довод стороны защиты о том, что при привлечении Кол-ва С.В. к уголовной ответственности не учтены затраты и расходы, понесенные при производстве работ со стороны <наименование организации>, что могло повлиять как на квалификацию содеянного, так и в целом на правильное разрешение уголовного дела по существу.

В ходе предварительного следствия в распоряжение органа предварительного следствия стороной защиты были представлены подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета в 16 коробках и на электронных носителях, обосновывающие расходы в размере 166 107 399,44 руб., прямо влияющие на налоговые обязательства по налогу на прибыль за 2011 год. Однако эта версия защиты следственным путем не проверена, а указанные документы необоснованно возвращены стороне защиты (т. 10 л.д. 105, 106). После назначения 31 октября 2018 года комплексной судебной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы (т. 10 л.д. 108), подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета в 16 коробках и на электронных носителях следователем у стороны защиты не истребованы и не представлены экспертам на исследование, несмотря на то, что такое ходатайство защитниками заявлялось после ознакомления с постановлением о назначении экспертизы (т. 10 л.д. 84-89). О предоставлении регистров налогового учета ходатайствовали перед следователем и эксперты (т. 10 л.д. 112-113), которые в своем заключении отметили, что эти документы, как и ряд иных документов, им на исследование следователем не представлены (т. 10 л.д. 160, 177, 190, 192, 193, 194, 197, 204).

Вместе с тем, выводы экспертов строятся только на представленных следователем документах, как это следует из самого экспертного заключения (т. 10 л.д. 185, 201, 203, 204, 205). Как правильно указал суд первой инстанции, представление экспертам для исследования подлинных первичных документов и регистров налогового и бухгалтерского учета и на электронных носителях, имеющихся в распоряжении стороны защиты, могло повлиять на их выводы, изложенные в экспертном заключении. Устранить данные недостатки без истребования этих документов у стороны защиты, назначения дополнительной комплексной судебной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы и представления данных документов для исследования экспертам не представляется возможным.

Согласно п. 14 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №48 от 26 ноября 2019 года для определения размера ущерба бюджетной системе, причинённого налоговым преступлением, подлежит установлению действительный размер обязательств по уплате налогов, сборов, страховых взносов в соответствии с положениями законодательства о налогах и сборах, с учётом в совокупности всех факторов, как увеличивающих, так и уменьшающий размер неуплаченных налогов, сборов и страховых взносов.

Кроме того, согласно сообщению из <наименование организации> Кол-в С.В. имел возможность пользоваться электронной цифровой подписью от имени <наименование организации> с 19 июня 2012 года, в то время как последние налоговые декларации за 2011 год в налоговый орган должны были быть представлены до 28 марта 2012 года (т. 8 л.д. 161).

Сведения о наличии у Кол-ва С.В. в инкриминируемый период времени 2011 году цифровой электронной подписи органом уголовного преследования остались не проверенными, как и не проверено, кем изготовлена подпись в налоговой декларации по налогу на прибыль за 2011 год, направленной в адрес МИФНС № 2 по г. Чите, Кол-вым С.В. либо иным лицом. 

Также, по мнению суда апелляционной инстанции, является верным вывод суда о том, что в обвинительном заключении не изложено краткое содержание доказательств стороны защиты.

Вопреки доводам апелляционного представлении, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что следователь Жар-в Д.А. 09 августа 2018 года вынес постановление о принятии уголовного дела к своему производству и постановление о возобновлении предварительного следствия и установлении срока расследования, не получив соответствующего указания руководителя СО по Таганскому району СУ по ЦАО ГСУ СК России по городу Москве (т. 10 л.д. 6, 1-3).

Таким образом, вопреки доводам представления, приведенные судом основания в обоснование принятого решения о возвращении уголовного дела прокурору имеют существенное значение, и не могут быть устранены судом самостоятельно, поскольку при рассмотрении дела в соответствии с положениями ч.1 ст.252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

В соответствии с ч.3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Учитывая изложенное, решение о возвращении уголовного дела прокурору принято судом в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и мотивированные выводы суда не опровергаются доводами, изложенными в апелляционном представлении.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при вынесении постановления, влекущих за собой отмену либо изменение принятого решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция приходит к выводу, что судебное решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса и оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционного представления, не усматривает.

Суд апелляционной инстанции находит верным и вывод суда о наличии оснований для сохранения меры пресечения Кол-ву С.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Постановление Басманного районного суда города Москвы от 05 декабря 2019 года о возвращении уголовного дела в отношении Кол-ва С.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, Таганскому межрайонному прокурору г. Москвы для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Источник
Постановление Басманного районного суда г. Москвы от 05.12.2019 № 01-0276/2019

Судья Басманного районного суда города Москвы Карпов А.Г., при секретаре Гончаровой О.В., с участием государственного обвинителя - старшего помощника Басманного межрайонного прокурора города Москвы Назарова С.А., подсудимого К., его защитников - адвокатов Розенберга Е.Б., Стенькина А.И., рассмотрев материалы уголовного дела в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ

У С Т А Н О В И Л :

К. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, а именно в том, что он уклонился от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в особо крупном размере. 

В судебном заседании адвокаты Розенберг Е.Б., Стенькин А.И. заявили ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом по следующим основаниям:

- органом уголовного преследования не определен действительный размер обязательств необоснованно не учтены затраты и расходы, понесенные ООО Трест «БайкалТрансСтрой» при производстве строительно-монтажных работ. В распоряжение следствия были представлены подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета в 16 коробках и на электронных носителях, обосновывающие расходы в размере 166.107.399,44 руб., прямо влияющие на налоговые обязательства по налогу на прибыль за 2011 год. Следователем они были осмотрены (т. 10, л.д. 98-104) и возвращены стороне защиты (т. 10, л.д. 105-106);

- после возвращения уголовного дела прокурору 12 февраля 2018 года не устранены выявленные недостатки, способ уклонения К. от уплаты налогов не установлен. Конкретные действия подсудимого по организации подписания и обеспечения представления в ИФНС России не представлены: кем именно подписаны декларации и и кто их предоставил в налоговый орган, не установлено. В уголовном деле имеется документ из ООО «Такском» о том, что К. как руководитель ООО Трест «БайкалТрансСтрой» стал обладателем электронной цифровой подписи от имени этого Общества только с 19 июня 2012 года, тогда как последние налоговые декларации за 2011 год в налоговый орган должны были быть представлены до 28 марта 2012 года (т. 8, л.д. 161). Проверка и установление данных, касающихся оформления и наличия в 2011 году цифровой электронной подписи у подсудимого, как руководителя Общества, не проводилась. Заключением специалиста (т. 8, л.д. 108-121) установлено, что подпись в налоговой декларации совершена не К. 

Суд при возвращении дела прокурору констатировал отсутствие экспертной оценки этой подписи. 

Из рапорта следователя на имя руководителя следственного органа следует, что проведение почерковедческой экспертизы нецелесообразно, поскольку налоговая декларация по налогу на прибыль за 2011 год, направленная в адрес МИФНС № 2 по г. Чите, в рамках расследования дела не изымалась и в качестве вещественных доказательств не признавалась (т. 10, л.д. 42), что не соответствует действительности, поскольку данная декларация на 3 л. изъята в ИФНС № 13 по г. Москве в ходе выемки от 27.01.2017 (т. 3, л.д. 8-11), в составе сшива № 7 осмотрена 06 февраля 2017 года (т. 3, л.д. 15), приобщена к делу в качестве вещественного доказательства постановлением от 06 февраля 2017 года (т. 3, л.д. 229) и в ходе судебного заседания 11 октября 2017 года  исследована судом и участниками процесса (т. 9, л.д. 56); 

- отраженные в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору нарушения не устранены, а именно сведения, указывающие на наличие умысла, после доследования в уголовном деле также отсутствуют (т. 9, л.д. 115, абз. 2);

- следователем в обвинении не указаны полученные доходы, подлежащие уплате налоги, сумма уплаченных и неуплаченных налогов, каким образом образовалась задолженность, что нарушает право подсудимого на защиту;

- установленное судом снижение налоговой инспекцией размера неуплаченных налогов не расследовано (т. 9, л.д. 114, абз. 4); неоднократные ходатайства стороны защиты о необходимости исследования этих вопросов, в том числе и при проведении экспертизы, следствием проигнорированы, тома дела с указанными сведениями в распоряжение экспертов не предоставлялись. В результате этого объем обвинения по налогу на прибыль не только не снизился, но и увеличился (с 31.064.513 руб. до 31.395.870 руб.), нарушает принцип не увеличения объема обвинения после возвращения уголовного дела прокурору;

-  после возвращения уголовного дела прокурору в новом обвинении К. такие не указано, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшие на момент совершения преступления, были нарушены (пункты, части, статьи действующей редакции закона), поскольку фабула ст. 199 УК РФ является бланкетной;

- руководитель следственного отдела решение о поручении расследования дела конкретному следователю не принимал. Так, следователь Жар-в Д.А., не имея на то полномочий, 09 августа 2018 года вынес постановление о возобновлении предварительного следствия и установлении срока расследования (т. 10, л.д. 1-3) и в этот же день принял уголовное дело к своему производству (т. 10, л.д. 6); 

- уголовное дело следователь Тол-ва Я.С. (т. 10, л.д. 18) приняла к своему производству без указания об этом руководителя следственного органа;

- в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении время совершения преступления не установлено; 

- в обвинительном заключении, вопреки требованиям п. 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, отсутствует перечень доказательств, подтверждающих обвинение и на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания, в том числе акта № 624 выездной налоговой проверки ООО Трест «БайкалТрансСтрой» от 22 июля 2014 года и решение № 624 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО Трест «БайкалТрансСтрой» от 26 ноября 2014 года (упомянуты лишь среди вещественных доказательств, лист 64 обвинительного заключения), но это упоминание не является выполнением требований пп. 5 п. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку в нем информации о сумме неуплаченных налогов, о видах неуплаченных налогов и о периоде неуплаченных налогов нет. Также в обвинительном заключении в перечне доказательств отсутствуют налоговые декларации по налогу на прибыль за 2011 год, по НДС за 3 и 4 кварталы 2011 года, их краткое содержание не приведено (они лишь указаны в качестве вещественных доказательств (лист 51-52 обвинительного заключения), что лишает подсудимого защищаться, так как по обвинительному заключению суммы, указанные в налоговых декларациях на прибыль за 2011 год, по НДС за 3 и 4 кварталы 2011 года, о величине произведенных расходов, о суммах налоговых вычетов, определить не представляется возможным. Кроме этого, в соответствии со ст. 169 НК РФ основанием к вычету НДС являются счет-фактуры (по данным инспекции их количество не менее 32 штук), однако эти документы, содержащие информацию о размере НДС, периоде, основаниях, контрагентах и т.п. в обвинительном заключении перечислены только среди вещественных доказательств, их краткое изложение отсутствует; 

- в нарушение положений пп. 6 п. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении (лист 84-89) в качестве доказательств стороны защиты указаны только показания К. в качестве подозреваемого и обвиняемого. В то же врем следователь среди доказательств стороны защиты не указала ходатайства адвоката Соковикова А.Г. о назначении судебной налоговой экспертизы с прилагаемыми документами на 91-м листе (т. 5 л.д. 157), квитанции, извещения о получении налоговым органом электронного документа, уточненные налоговые декларации за 2010, 2011, 2012 годы (т. 5, л.д. 163-253). 08 февраля 2017 года эти же документы на 97-ми листах направлялись следователю и из Таганской межрайонной прокуратуры для принятия по ним решения (т. 5, л.д. 156). 

Подсудимый К. поддержал ходатайство защитников. 

Государственный обвинитель Назаров С.А. возражал против удовлетворения ходатайства, поскольку, по его мнению, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями УПК РФ. Позиция защиты проверена. Решение налогового органа не обжаловалось. Препятствий для рассмотрения настоящего уголовного дела судом не имеется. 

Суд, выслушав мнение участников процесса, проверив материалы уголовного дела, приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела Таганскому межрайонному прокурору в порядке п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. 

В соответствии со ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе, в случаях, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Как указано в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору от 12 февраля 2018 года, в судебном заседании установлено, что налоговая инспекция снизила размер неуплаченных К. налогов.

Как усматривается из предыдущего обвинения К. (до возвращения уголовного дела прокурору от 12 февраля 2018 года) размер неуплаченного им налога на прибыль составил 31.064.513 руб., в то же время в новом обвинении этот размер составил 31.395.870 руб.

Между тем, какой-либо оценки данному изменению размера неуплаченного налога на прибыль в сторону увеличения объема обвинения и, соответственно, ухудшения положения подсудимого не дано. 

Заслуживает внимания довод стороны защиты о том, что органом уголовного преследования при предъявлении К. нового обвинения не устранены в полном объеме недостатки, изложенные в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору от 12 февраля 2018 года, а именно, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах (пункты, части, статьи действующей редакции закона), действовавшие на момент совершения преступления, нарушены подсудимым, что не позволяет последнему защищаться от предъявленного обвинения. 

Должным образом не проверен следственным органом довод стороны защиты о том, что при привлечении К. к уголовной ответственности не учтены затраты и расходы, понесенные при производстве работ ООО Трест «БайкалТрансСтрой», что могло повлиять как на квалификацию содеянного, так и в целом на правильное разрешение уголовного дела по существу. Так, в ходе предварительного следствия стороной защиты были представлены подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета в 16 коробках и на электронных носителях, обосновывающие расходы в размере 166.107.399,44 руб., прямо влияющие на налоговые обязательства по налогу на прибыль за 2011 год. Однако эта версия защиты следственным путем не проверена, а указанные документы необоснованно возвращены стороне защиты по минованию надобности (т. 10, л.д. 105-106). 

Впоследствии, после возобновления предварительного следствия 09 августа 2019 года и назначения 31 октября 2018 года комплексной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы (т. 10 л.д. 108), подлинные первичные документы и регистры налогового и бухгалтерского учета в 16 коробках и на электронных носителях у стороны защиты не истребованы и не представлены экспертам на исследование, несмотря на то, что такое ходатайство защитниками заявлялось после ознакомления с постановлением о назначении экспертизы (т. 10 л.д. 54-89). О предоставлении регистров налогового учета ходатайствовали перед следователем и эксперты, как ряд иных документов, им на исследование следователем не представлены (т. 10 л.д. 160, 177, 190, 192, 193, 194, 197, 204). 

Вместе с тем выводы экспертов строятся только на представленных следователем документах, как это следует из самого экспертного заключения (т. 10 л.д. 185, 201, 203, 2014, 205). 

По мнению суда, представление экспертам для исследование подлинных первичных документы и регистров налогового и бухгалтерского учета и на электронных носителях, имеющихся у стороны защиты, могло повлиять на их выводы, изложенные в экспертном заключении, и устранить данные недостатки при новом рассмотрении уголовного дела, для истребования этих документов со стороны защиты, назначения дополнительной комплексной судебной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы и предоставления данных документов для исследования экспертам, не представляется возможным. 

Помимо этого, согласно сообщению ООО «Такском» К. имел возможность пользоваться электронной цифровой подписью от имени ООО Трест «БайкалТрансСтрой» с 19 июня 2012 года, в то время как последние налоговые декларации за 2011 год в налоговый орган должны были быть представлены до 28 марта 2012 года (т. 8, л.д. 161). 

Сведения о наличии у К. в инкриминируемый период времени 2011 году цифровой электронной подписи органом уголовного преследования не проверены, в том числе и после возвращения уголовного дела прокурору, в связи с чем вызывает сомнение утверждение следователя о том, что подсудимый «организовал подписание указанных налоговых деклараций электронно-цифровой подписью...». 

Помимо этого, сомнения в правильности данного утверждения предварительного следствия порождает игнорирование следователем необходимости проверки, кем изготовлена подпись в налоговой декларации по налогу на прибыль за 2011 год, направленный в адрес МИФНС № 2 по г. Чите К. либо иным лицом, о чем просит защита. 

Так, согласно заключению специалиста (т. 8, л.д. 108-121) подпись в налоговой декларации совершена не К. Позиция следователя о «нецелесообразности» проведения данного исследования (т. 10 л.д. 42), наряду с иными вышеуказанными нарушениями, свидетельствует о ненадлежащем выполнении органом предварительного следствия требований ст. 73 УПК РФ. 

Согласно пп. 5, 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении, наряду с иными сведениями, следователь указывает перечень доказательств, подтверждающих обвинение, а также доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания

Как усматривается из обвинительного заключения, в нарушение требований п. 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в нем не изложено краткое содержание доказательств, в том числе акта выездной налоговой проверки ООО Трест «БайкалТрансСтрой»,  решения о привлечении данного Общества за совершение налогового правонарушения, налоговых деклараций, и в какой части они подтверждают предъявленное К. обвинение. Данные документы лишь перечислены вещественных доказательств (листы 14-=176 обвинительного заключения) со ссылкой на то, где они изъяты, к каким организациям они относятся и их место нахождения в деле. 

Таким образом, доказательства, которые приведены следователем в обвинительном заключении, противоречат сумме исчисленной по неуплате налогов в отчетные периоды, изложенные в фабуле предъявленного обвинения.  

Как усматривается из обвинительного заключения, в нарушение требований п. 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в нем не изложено краткое содержание доказательств, на которые ссылается сторона защиты, а именно вышеуказанные доказательства стороны защиты, за исключением показаний К. на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого. 

Кроме этого, следователь Жар-в Д.А. 09 августа 2018 года вынес постановление о принятии уголовного дела к своему производству и постановление о возобновлении предварительного следствия и установлении срока расследования (т. 10, л.д. 1-3), не получив соответствующего указания руководителя СО по Таганскому району СУ по ЦАО ГСУ СК России по городу Москве. 

Принимая во внимание изложенное, а также трудоемкость и значительные затраты, требующие проверки экспертным путем сведений, изложенных в обвинительном заключении, время, прошедшее, с момента инкриминируемого К. преступления, а также положения ст. 6.1 УПК РФ о разумных сроках уголовного судопроизводства, суд приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку допущенные органом предварительного следствия нарушения  исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе названного обвинительного заключения, а также лишает подсудимого защищаться от предъявленного обвинения и эффективно пользоваться своими процессуальными правами. 

При принятии решения о возвращении уголовного прокурору ст. 15 УПК РФ, согласно которой суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения и защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления им прав. Действующим законодательством на суд не возложена обязанность формировать и оценивать за сторону обвинения доказательственную базу, добытую следователем в ходе предварительного следствия, а также собирать доказательства, защищающие и оправдывающие подсудимого. 

Оснований для отмены либо изменения избранной в отношении К. меры пресечения в виде подписки о не выезде и надлежащем поведении также не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 110, 237, 256 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л :

Возвратить уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, Таганскому межрайонному прокурору города Москвы для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

... 
Источник+ собственная информация. 
Предыдущее постановление Московского городского суда от 16.05.2018 по этому же делу.


Kак отбиться от обвинений?

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru, Стенькин Алексей, адвокат

Форма обратной связи

Похожая практика

Поисковые метки

Контакты, соц.сети

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru

Стенькин Алексей, адвокат

images

О сайте

Практика судов по налоговым преступлениям, собственные обзоры судебных актов, письма, разъяснения, выводы.

Делай что должно, и будь что будет.

Стенькин Алексей © 1992-2020. Адвокат.

Рейтинг@Mail.ru