Неуплаченный НДС взыскан с общества, а при недостаточности у него средств - в недостающей части с осужденного в порядке субсидиарной ответственности. Апелляционное определение Омского областного суда от 20.07.2020 № 22-1315/20 (отменено)

Статья 199 УК РФ / 686 / Печать
Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе: председательствующего Бондаренко А.А., судей Груманцевой Н.М., Люсевой Г.С., при секретаре Волошенко А.Е. рассмотрела в открытом судебном заседании 20 июля 2020 года уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвоката Драпа М.А. в интересах осуждённого Куз-ва Н.А., апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденного Куз-ва Н.А. на приговор Советского районного суда г. Омска от 13 марта 2020 года, которым Куз-в Н. А., <...> года рождения, <...>», ранее не судимый, осужден по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года с возложением следующих обязанностей: встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства, ежемесячно являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию в установленные инспекцией дни, не менять без уведомления указанного органа место жительства и работы.

Постановлено взыскать с Куз-ва Н.А. и общества с ограниченной ответственностью «***» в счет возмещения ущерба в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость 22 663 315 рублей 00 копеек.

В приговоре также разрешены вопросы по мере пресечения, вещественным доказательствам, аресту на имущество.

Заслушав доклад судьи Груманцевой Н.М., осужденного Куз-ва Н.А., его адвокатов Драпа М.А. и Суслина И.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Михайловой Г.И., предлагавшей приговор изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Куз-в Н.А. осуждён за уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере.

Так, включив в налоговые декларации по НДС ООО «<...>» за 3, 4 кварталы 2015 года, 2, 3, 4 кварталы 2016 года и 3 и 4 кварталы 2017 года заведомо ложные сведения о налоговых вычетах по хозяйственным операциям с ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и представив указанные налоговые декларации в ИФНС России по САО г. Омска, действуя из корыстных побуждений, Куз-в Н.А. уклонился от уплаты НДС с организации за 3, 4 кварталы 2015 года, 2, 3, 4 кварталы 2016 года и 3 и 4 кварталы 2017 года в сумме <...> руб. Доля неуплаченного ООО «<...>» НДС за период с <...> по <...> от общей суммы налогов, сборов и страховых взносов, подлежащих уплате ООО «<...>» за указанный период, составила 73,80 %.

В судебном заседании Куз-в Н.А. вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Куз-в Н.А. выражает несогласие с приговором, находит его подлежащим изменению.

Указывает, что судом нарушены нормы материального и процессуального законодательства, а также принцип состязательности сторон. Выводы суда о доказанности его вины по фактам деятельности с ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» в 3, 4 кварталах 2015 года, 2, 3, 4 кварталах 2016 года, 3, 4 кварталах 2017 года основаны на предположениях. Ввиду чего, обозначенное подлежит исключению из его осуждения.

Ввиду внесенных в уголовный закон изменений просит переквалифицировать его действия на ч.1 ст. 199 УК РФ, прекратив уголовное преследование в связи с истечением срока давности.

Помимо этого, заявленный гражданский иск требовал дополнительных расчетов, ввиду чего подлежал рассмотрению в рамках гражданского судопроизводства. Разрешив заявленные требования самостоятельно, суд не указал законного повода для солидарного взыскания ущерба. В связи с изложенным, просит исключить из приговора указание суда на солидарное взыскание в связи с его незаконностью.

Кроме того, вопреки требованиям п. 1 ст. 209, абз. 1 ст. 665 ГК РФ приговором обращено взыскание на находящуюся в лизинге у ООО «<...>» автомобильную технику (договоры лизинга № <...> ОМС от <...> и № АЛ <...> ОМС от <...>), не принадлежащую ни ему, ни обществу. Просит исключить указание об этом из приговора.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Драп М.А. в интересах осуждённого Куз-ва Н.А. также выражает несогласие с приговором, приводит доводы, аналогичные доводам жалобы его подзащитного, добавляя следующее.

В материалах уголовного дела не имеется достоверных доказательств (как материальных, так и идеальных) невыполнения работ ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>».

Так, вопреки положениям ч. 1 ст. 88, ч. 2 ст. 14 и ч. 1 ст. 73 УК РФ не доказано, что Куз-в Н.А. в период с 31.07.2015 по 31.12.2017 давал указания главному бухгалтеру ООО «<...>» Н.. вносить ложные сведения в книгу покупок о якобы выполненных ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>» строительно-монтажных работах.

Факт изготовления и внесения подписей именно Куз-вым Н.А. в договоры субподряда между ООО «<...>» и перечисленными организациями не установлен. Кроме того, поскольку большинство договоров субподряда заключалось посредством почтовых отправлений экземпляров договоров и иной документации, заключения судебных почерковедческих экспертиз не имеют прямого доказательственного значения. Не исключается вероятность подписания договоров, а также соответствующей бухгалтерской документации неуполномоченными лицами либо лицами, подконтрольными выгодоприобретателям по заключенным договорам субподряда, в т.ч., по взаимоотношениям с ООО «<...>» и ООО «<...>».

Имеющиеся в материалах уголовного дела договоры субподряда и первичная бухгалтерская документация отражает реальность взаимоотношений между контрагентами, а также надлежащим образом организованную налоговую отчетность со стороны ООО «<...>».

При этом наличие пропуска у работника субподрядной организации от имени ООО «<...>» либо заказчика связано лишь с закрытым характером объекта, но не способом уклонения от уплаты налогов.

Кроме того, руководители всех перечисленных юридических лиц заняли наиболее выгодную для себя позицию, обвиняя того, на кого уже возбуждено уголовное дело. Однако, даже при исследовании финансово-хозяйственной деятельности ООО «<...>» органы следствия и впоследствии обвинение не проверили реальность взаимоотношений между ООО «<...>» и контрагентами экспертным путем, ограничиваясь лишь допросом незначительного числа работников ООО «<...>» и лиц якобы работавших на Общество, не исследуя возможность выполнения указанных в договорах работ силами допрошенных свидетелей. Ни одной экспертизой не установлено, возможно ли производство работ количеством допрошенных лиц, когда Куз-в Н.А. во время допроса указывал на существенное число работников, необходимых для выполнения всего объема работ по ряду объектов, и которым ООО «<...>» никогда одномоментно не располагало.

Более того, ни один из допрошенных свидетелей, работавших на объектах Заказчиков, не смог достоверно сообщить суду сведения о наличии на объектах работников ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>», если с ними напрямую не контактировал. При этом работники ООО «<...>» и указанных организаций могли работать в разное время, на удаленных друг от друга объектах, о чем также указывал Куз-в Н.А. Это и очевидно исходя из актов приемки работ, приобщенных к материалам дела.

Помимо этого, ввиду ненадлежащего изъятия первичной бухгалтерской документации в ООО «АПСС», расследование проведено не в полном объеме. При изъятии не отражено, какие именно документы изымались. Вместе с тем Куз-вым Н.А. указывалось на утрату бухгалтерской и иной документации по спорным контрагентам.

Приводит положения п. 1 ст. 146, п. 2 ст. 153, 171, ст. 54.1 Налогового кодекса, делая вывод, что факт неисполнения контрагентами обязанностей по уплате налогов сам по себе не может служить основанием для доначислений, и, следовательно, признаком состава преступления Куз-ва Н.А.

Ссылается на позицию Высшего Арбитражного Суда, изложенную в постановлении Президиума 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305- КГ16-10399, согласно которой установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру, само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Анализируя вышеизложенное, приходит к выводу о том, что обстоятельства, подлежащие доказыванию по настоящему делу, а именно, как то время, место и способ совершения преступления, органом предварительного следствия достоверно не установлены.

Доказательств того, что Куз-в Н.А. мог и должен ли был знать о неисполнении контрагентом налоговых обязательств, не приведено.

При заключении договоров с выше обозначенными контрагентами Куз-в Н.А. удостоверился о наличии государственной регистрации указанных организаций в Едином государственном реестре юридических лиц, а также проверил указанных контрагентов с помощью системы АО ПФ СКБ Контур. Факт регистрации юридических лиц публично подтверждает реальность существования и правоспособность участников гражданского оборота.

Из правоприменительной практики следует, что именно на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций, лежит бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Данная обязанность корреспондирует с обязанностью органа предварительного следствия и стороны обвинения, предусмотренной ст. 14 УПК РФ.

Кроме того, органом предварительного следствия не установлено наличие либо отсутствие имущества для ведения хозяйственной деятельности у обозначенных ООО, как то наличие либо отсутствие договоров аренды имущества и осуществления их оплаты за наличный расчет либо иным способом.

При этом отсутствие в штате организаций работников не может достоверно свидетельствовать о невозможности выполнения работ, поскольку работы могут выполняться силами иной организации либо нанятыми работниками.

Факт отказа от руководства руководителей ООО «<...>», ООО «<...>» В. и К. не опровергает ведения финансово-хозяйственной деятельности организацией, поскольку лицо, отрицающее свою причастность к деятельности юридического лица, может иметь личную заинтересованность в непредставлении сведений или предоставления ложных сведений с целью уклониться от имущественной либо уголовной ответственности, в связи с чем формальный отказ лица какого-либо отношения к созданному им обществу не может рассматриваться в качестве вывода о доказанности данного факта.

Также материалами уголовного дела не установлены фактические взаимоотношения между ООО «<...>» с одной стороны и ООО «<...>», ООО «<...>», поскольку руководители указанных организаций показаний по данному факту не давали.

Более того, органом предварительного следствия не произведен осмотр юридических адресов ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>», следовательно, не подтвержден факт их отсутствия по адресу регистрации в период с <...> по <...>, а также в период предварительного расследования, что могло бы указывать на номинальность вышеуказанных юридических лиц.

Вывод органа предварительного следствия об отсутствии реальных расчетов между ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>» основан на анализе лишь банковских выписок, при наличии иных форм расчетов (наличными денежными средствами, посредством зачетов взаимных требований). При назначении судебных экономических экспертиз орган предварительного следствия ставит вопрос об отсутствии реальных расчетов и выполнения услуг между вышеуказанными организациями и в связи с этим размера недоимки по НДС, тем самым предвосхищая факт виновности подзащитного Куз-ва Н.А. в совершенном преступлении, когда данное обстоятельство устанавливается лишь судом.

Также стороной защиты не выявлены факты не типичности сделок между вышеуказанными организациями. Как следует из назначений платежа, движение денежных потоков организаций указывает на осуществление ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>» финансово-хозяйственной деятельности: «за строительные материалы», «за ремонтные работы», «за СМР», «товар» и пр.
         
На апелляционные жалобы адвоката и осужденного государственным обвинителем Кулинич И.А. поданы возражения.
      
Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Все доводы, изложенные в жалобах осужденного и его адвоката, о недоказанности вины Куз-ва Н.А. в части внесения заведомо ложных сведений о налоговых вычетах по хозяйственным операциям с ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» в 3, 4 кварталах 2015 года, 2, 3, 4 кварталах 2016 года, 3, 4 кварталах 2017 года, аналогичны доводам, выдвигавшимся стороной защиты в период судебного следствия и прений сторон, которые были тщательно проверены судом, правильно оценены и обоснованно отвергнуты по мотивам, приведенным в приговоре.

Вывод суда о виновности Куз-ва Н.А. в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

В приговоре также указаны конкретные законы и другие нормативные акты, которые были нарушены осужденным и сделан обоснованный вывод о том, что он совершил умышленное уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений в размере, установленном судом.

Доводы апелляционной жалобы адвоката сводятся к переоценке доказательств, повода для которой коллегия не находит.

Вопреки доводам жалобы адвоката, как видно из материалов уголовного дела, его расследование осуществлялось в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Каких-либо данных, свидетельствующих об неполно проведённом расследовании по делу судебная коллегия не находит. Совокупность представленных стороной обвинения доказательств являлась достаточной для осуждения Куз-ва Н.А.

Выводы суда о виновности Куз-ва Н.А. основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании и получивших правильную оценку в приговоре. Нельзя согласиться с тем, что ряд положенных в основу обвинительного приговора доказательств носит предположительный характер.

Кроме того, в приговоре приведен анализ не только доказательств стороны обвинения, но и доказательств защиты, указаны основания, по которым приняты одни из них и отвергнуты другие. Все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном порядке. Необоснованных отказов в их удовлетворении не имеется.

Несмотря на непризнание в полном объеме осужденным вины, судом с достаточной полнотой установлены обстоятельства совершённого им преступления.

Опровергая доводы Куз-ва Н.А. в части его невиновности суд верно отразил в приговоре, что в период с <...> по <...> в гражданско-правовые отношения, влекущие налоговые последствия, ООО «<...>» с ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» не вступало, строительно-монтажные работы указанные организации в адрес ООО «<...>» не выполняли, данные работы выполнены ООО «<...>» самостоятельно, а также с привлечением лиц, не являвшихся плательщиками налога на добавленную стоимость, материалы, включенные в стоимость строительно-монтажных работ, документально оформленных как выполненные ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» фактически не приобретало.

Изложенное основано на нижеприведённых, а также иных доказательствах, подробное содержание которых приведено в приговоре.

При этом свидетель П.. директор ООО «<...>» показал, что за регистрацию фирмы для некой «<...>» получил вознаграждение в <...> рублей, взамен подписал несколько пустых листов. Никакой фактической финансовой деятельности он не вел и о судьбе компании ничего не знает.
Свидетель В.. (ООО «<...>») показал, что с Куз-вым Н.А. знаком с 2016 г. либо с 2017 г. По поводу обналичивания денег Куз-в Н.А. не обращался, но если с ним были сделки, то они были фиктивные. С Куз-вым Н.А. была договоренность, что фирма последнего будет выполнять все работы. Имущественная выгода от сделок заключалась в том, что на счет его фирмы перечислялись денежные средства, он рассчитывался из них за товар, но они оставались на расчетном счете. А свои наличные денежные средства он передавал Куз-ву Н.А.

Свидетель К.. показал, что зарегистрировал на свое имя ООО «<...>» по просьбе Т.. Однако, не имел отношения к деятельности ООО «СтройСервис» и доступа к распоряжению расчетными счетами данной организации, не заключал ни с кем договоров в качестве директора ООО «<...>». Никаких документов о взаимоотношениях между ООО «<...>» и ООО «<...>» он не подписывал.

Свидетель Код-в В.А. показал, что в 2015 году познакомился с Куз-вым Н.А. (ООО «<...>»), который предложил ему подыскивать работников для отправки на вахты. При этом, выполняемые работы физическими лицами для ООО «<...>» ему необходимо было указывать как выполненные ООО «<...>». Впоследствии от Куз-ва Н.А. он получал документы о взаимоотношениях между ООО «<...>» и ООО «<...>», согласно которым ООО «<...>» якобы выполнило работы для ООО «<...>». Фактически все работы выполняли работники ООО «<...>». Затем от ООО «<...>» на расчетный счет ООО «<...>» поступали денежные средства, которые он передавал Куз-ву Н.А. в наличном виде через представителя последнего, который также привозил документы по взаимоотношениям между ООО «<...>» и ООО «<...>».

Свидетель Р.. показал, что, будучи лицом злоупотребляющим спиртным, по предложению мало знакомого человека оформил на себя ООО «<...> № <...>». Он не знал, что все это время являлся директором организации Омск-электромонтаж № <...>. Никакой экономической деятельности не вел.

Свидетель Г. показал, что ООО «<...>» купил в 2017 г. и стал ее директором. В штате сотрудники отсутствовали. Через знакомых познакомился с Куз-вым Н.А., с которым подписали договоры на выполнение работ. Куз-в Н.А. при этом сам нанимал людей, они производили работы, последний перечислял ему деньги на счет, а он наличные отдавал последнему для расчета с работниками. Куз-в Н.А. за эти услуги перечислял чуть больше денег на развитие его бизнеса, которые он оставлял себе. В ходе следствия указывал, что, когда в августе 2017 года он приобрел организацию ООО «<...>», к нему приехал ранее не знакомый Куз-в Н.А. и сказал, что они раньше работали с предыдущим директором Ст-вым С.В., последний предоставлял им наличные денежные средства в обмен на безналичные денежные средства, перечисленные от ООО «<...>». Аналогичную работу Куз-в Н.А. предложил ему за денежное вознаграждение, он согласился. После этого на расчетный счет ООО «<...>» от ООО «<...>» перечислялись денежные средства, которые он передавал наличными представителям Куз-ва Н.А. Когда они приезжали за деньгами, то привозили ему на подпись счета-фактуры, акты, отражающие выполнение ООО «<...>» для ООО «<...>» различных работ. Указанные документы по ранее достигнутой с Куз-вым Н.А. договоренности он подписывал. Фактически никаких работ в период его руководства ООО «<...>» для ООО «<...>» не выполняло.

Согласно заключению эксперта № <...> от <...> подписи от имени К. в документах между ООО «<...>» и ООО «<...>» выполнены, вероятно, не К.., а иным лицом.

Свидетель О. по вопросам деятельности ООО «<...>» пояснил, что в 2017 г. учредил ООО «<...>». В ходе следствия указывал, что основным видом деятельности ООО являлась разработка программного обеспечения. Имелись ли взаимоотношения между ООО «<...>» и ООО «<...>» он не помнит. Подписывал ли он какие-либо бухгалтерские документы по взаимоотношениям между ООО «<...>» и ООО «<...>», он не помнит. В 2017 году на нефтегазовых месторождениях в северных регионах России не был.

Согласно копии решения № <...> ООО «<...>» от <...> О.. назначен директором ООО «<...>».

Согласно заключения эксперта № <...> от <...> подписи от имени О.. в документах между ООО «<...>» и ООО «<...>» выполнены, вероятно, не О.., а иным лицом; подписи от имени К.. в документах между ООО «<...>» и ООО «<...>» выполнены, вероятно, не К.., а иным лицом.

На основании решения № <...> ООО «<...>» от <...> К. назначен директором ООО «<...>».

На основании решения № <...> ООО «<...>» от <...> Х. назначена директором.

Свидетель Ш.. показала, что в «<...>» занималась оформлением работников в организации и подготовкой документов, необходимых для направления работников на объекты работ. Все работники, которые поступали для трудоустройства, оформлялись как работники «<...>». Соответствующие запросы на пропуск для работников, проекты договоров и прочие документы содержали сведения об их принадлежности к «<...>». Документы на работников от имени каких-либо других организаций ею не готовились.

Свидетель С. - инженер по охране труда «<...>» показал, что занимался подготовкой сотрудников «<...>» для работ соответственно их специальностям. Инструктаж он проводил с сотрудниками «<...>», которых представлял ему сотрудник отдела кадров, при этом во всех случаях это были сотрудники «<...>», работники других организаций обучение не проходили. По результатам им выдавался документ о прохождении обучения, где указывались не только личные данные сотрудника, но и наименование организации, в которой они работают. В каждом выдаваемом им документе была указана организация «<...>».

Из показаний свидетелей Д.., Р.., Г.., Г.., С.., Д., К.., Б.., Х.., Т.., Д.., В.., А.., И.. следовало, что для выполнения работ вахтовым методом трудоустраивались именно в ООО «<...>», проходили обучение и инструктаж, им выдавалась спецодежда компании, по билетам, приобретенным компанией Куз-ва Н.А., направлялись на работы, получали пропуска компании, проживали и питались как сотрудники ООО «<...>». Указанные лица заработную плату получали по возвращении наличными в кассе бухгалтерии своей организации. Если кто-то из указанных лиц и слышал о ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», то где, когда и при каких условиях, пояснить не смогли.

При этом копии электронных железнодорожных билетов на множество работников, среди которых и те, что допрошены по делу, копии ведомостей на питание и иные документы, свидетельствующие о принятии мер, направленных на организацию работ на объектах, изъяты именно в офисе «<...>».

Сведения о результатах прохождения медицинского осмотра и обучения работниками изъяты в жилище Я. - бухгалтера «<...>».

Сопоставление актов о приемке выполненных работ позволяет прийти к выводу о том, что сведения об объектах объемах и периодах выполнения работ ООО «<...>», указанные в актах о приемке выполненных работ, составленных между ООО «<...>» с одной стороны, и ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...> другой стороны, полностью совпадают с объектами, объемами и периодами выполнения работ, указанными в актах о приемке выполненных работ, составленных между ООО «<...>» с одной стороны, и ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>» с другой стороны.

Изложенное свидетельствует о том, что весь объем работ на объектах был выполнен ООО «<...>» без привлечения субподрядных организаций, а документы о выполнении работ ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...> № <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» и ООО «<...>» изготовлены лишь для необоснованного получения налогового вычета по НДС.

При таких обстоятельствах, с учётом вышеизложенных доказательств, ссылки защиты в жалобе на наличие в ЕГРЮЛ сведений об обозначенных контрагентах не свидетельствуют о невиновности Куз-ва Н.А.

Оснований к оговору Куз-ва Н.А. свидетелями не установлено.

Не находит судебная коллегия и нарушений при изъятии первичной бухгалтерской документации в ООО «<...>».

Таким образом, оценив представленные доказательства суд первой инстанции обоснованно на момент постановления приговора квалифицировал действия Куз-ва Н.А. по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ - уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере. Судебная коллегия не соглашается с утверждением защиты о том, что Куз-в Н.А. не был осведомлен о преступном характере совершаемых им действий, поскольку это противоречит собранным доказательствам, ввиду чего не находит оснований для удовлетворения доводов жалоб и исключения из его осуждения внесения заведомо ложных сведений о налоговых вычетах по хозяйственным операциям с ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО <...>», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>».

Между тем, в настоящее время ввиду изменений, внесенных в Примечание к ст. 199 УК РФ Федеральным законом от 01.04.2020 N 73-ФЗ (вст. в законную силу 12.04.2020), крупным размером в настоящей статье признается сумма налогов, сборов, страховых взносов, превышающая за период в пределах трех финансовых лет подряд пятнадцать миллионов рублей, а особо крупным размером - сумма, превышающая за период в пределах трех финансовых лет подряд сорок пять миллионов рублей.

Учитывая, что размер уклонения составил <...> руб. к Куз-ву Н.А. следует применить положения ст. 10 УК РФ и переквалифицировать его действия с п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ на ч. 1 ст. 199 УК РФ (в ред. от 29.07.2017) - уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере.

Судебная коллегия приходит к выводу о необходимости назначения Куз-ву Н.А. по ч. 1 ст. 199 УК РФ наказания в виде штрафа. При этом учитывает, что преступление относится к категории небольшой тяжести, данные о личности осужденного, а также все обстоятельства, смягчающие его наказание, установленные судом первой инстанции, имущественное положение осужденного и его семьи, возможности получения осужденным дохода.

Вместе с тем, учитывая, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 199 УК РФ совершенное осуждённым, относится к категории небольшой тяжести, срок давности привлечения к уголовной ответственности за него, согласно п. «а» ч. 1 ст.78 УК РФ, истек 25.03.2020. Ввиду изложенного, приговор подлежит изменению по причине необходимости освобождения Куз-ва Н.А. от вновь назначенного наказания.

Доводы осужденного и адвоката о необходимости прекращения уголовного дела по указанному основанию суд апелляционной инстанции находит не убедительными. Так, на момент постановления приговора (на 13.03.2020) срок давности привлечения виновного к уголовной ответственности не истек. Кроме того, суд не допустил каких-либо нарушений закона, соответственно, причин для отмены приговора и прекращения уголовного дела в отношении Куз-ва Н.А. не имеется. Истечение срока давности привлечения к уголовной ответственности на стадии апелляционного производства при таких обстоятельствах влечет освобождение виновного от назначенного наказания.

Помимо этого, приговор подлежит изменению в части разрешения гражданского иска.

Так, по настоящему делу первым заместителем прокурора Омской области к ООО «<...>» и Куз-ву Н.А. был заявлен иск о взыскании субсидиарно с ООО «<...>» и Куз-ва Н.А. ущерба, причиненного преступлением в сумме <...> рублей.

Между тем, за вычетом возмещённого ущерба судом указано о взыскании не в субсидиарном, а в солидарном порядке, что закону не соответствует.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Неисполнение обязанности лицом уплатить законно установленные налоги и сборы влечет ущерб Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств.

Из п. 1 ст. 27 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что законными представителями налогоплательщика-организации признаются лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании закона или ее учредительных документов.

Как следует из п. 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 N 39-П особенность правонарушений, совершаемых в налоговой сфере организациями, заключается в том, что, будучи юридическим лицом, организация совершает противоправное деяние опосредованно - через действия соответствующих физических лиц (обычно руководителей или работников, выполняющих функции бухгалтера), которые тем самым совершают административное правонарушение или преступление и несут административную либо уголовную ответственность. При этом субъекты налоговых преступлений, предусмотренных УК РФ, а также иные лица, чьи противоправные действия привели к не поступлению налогов в бюджет, не освобождаются от обязанности возместить причиненный этими противоправными действиями имущественный ущерб соответствующему публично-правовому образованию, которое должно иметь возможность удовлетворить свои законные интересы в рамках как уголовного законодательства, так и гражданского законодательства об обязательствах вследствие причинения вреда.

Таким образом, деликтная ответственность руководителя организации связана с его виновными действиями, повлекшими не поступление денежных средств в бюджетную систему РФ, и наступает в том случае, когда потерпевшее лицо окончательно лишается возможности получить имущество в виде налоговых поступлений в бюджет от юридического лица, обязанного их предоставить, - налогоплательщика.

Ввиду чего судебная коллегия изменяет приговор в части разрешения гражданского иска, полагая необходимым удовлетворить заявленные прокурором исковые требования в размере, взысканном судом первой инстанции, с учётом имевшей место частичной компенсации ущерба, взыскать с ООО «<...>» в пользу РФ в счет возмещения ущерба в виде неуплаченного в бюджет РФ налога на добавленную стоимость <...> руб., а при недостаточности денежных средств или имущества у ООО «<...>» взыскать указанную сумму в пользу РФ в недостающей части в порядке субсидиарной ответственности с Куз-ва Н.А.

Помимо этого, вопреки доводам апелляционных жалоб, в приговоре не содержится решения об обращении взыскания на какое-либо имущество.

Сохранен арест, наложенный в ходе предварительного расследования на имущество ООО «<...>»: ***, а также на имущество Куз-ва Н.А.: ***. 

Выводы суда об отсутствии оснований для снятия ареста представляются коллегии убедительными. При этом суд руководствовался положениями ч. 1 ст. 115 УПК РФ о том, что одной из целей наложения ареста на имущество является обеспечение исполнения приговора в части гражданского иска, который с учётом внесенных судебной коллегией изменений также удовлетворен и в доход федерального бюджета взыскано <...> руб. Предусмотренных ч. 9 ст. 115 УПК РФ оснований для отмены обеспечительной меры в виде ареста в настоящее время не имеется.

Кроме того, само по себе наличие договоров лизинга № <...> и № <...>, о которых указывается в жалобах, не свидетельствует о незаконности сохранения ареста. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о снятии ареста со спорного имущества в рамках исполнительного производства.
    
Иных оснований для вмешательства в постановленный приговор не имеется.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Советского районного суда г. Омска от 13 марта 2020 года в отношении Куз-ва Н. А. изменить.

Переквалифицировать действия Куз-ва Н.А. с п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ на ч. 1 ст. 199 УК РФ (в ред. от 29.07.2017), по которой назначить наказание в виде штрафа в размере <...> руб.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить Куз-ва Н.А. от назначенного наказания ввиду истечения сроков давности.

Изменить приговор в части разрешения гражданского иска.

Взыскать с ООО «<...>», зарегистрированного <...> в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы Российской Федерации № 12 по Омской области за основным государственным регистрационным номером <...>, имеющего ИНН <...> в пользу РФ в счет возмещения ущерба в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость <...> (<...>) рублей 00 копеек

При недостаточности денежных средств или имущества у ООО «<...>» взыскать в пользу РФ с Куз-ва Н. А. в счет возмещения ущерба в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость <...> (<...>) рублей 00 копеек в недостающей части в порядке субсидиарной ответственности.

Взысканные средства перечислить на счет № <...> РКЦ ГУ Банка России по Омской области (получатель – УФК по Омской области (ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска) БИК <...>, ОКТМО <...>, КБК <...>

В остальной части этот же приговор оставить без изменений, апелляционные жалобы адвоката Драпа М.А. и осуждённого Куз-ва Н.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.


Источник


ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ


Kак отбиться от обвинений?

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru, Стенькин Алексей, адвокат

Форма обратной связи

Похожая практика
Рубрикатор практики

  • ПОТЕРПЕВШИЙ

  • ДЕЯНИЕ, СПОСОБ

        Дробление бизнеса

        Ложные сведения в декларации

  • ПОСЛЕДСТВИЯ

        Размер неуплаты

        Переплата

        Действительные обязательства

        Иск

  • ВРЕМЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

  • МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ

  • СУБЪЕКТ, СОУЧАСТИЕ

  • УМЫСЕЛ

        Подконтрольность контрагентов

        Преюдиция

        Крайняя необходимость

        Личный интерес

  • НАКАЗАНИЕ

        Амнистия

        Срок давности

        Обратная сила закона

        Возмещение ущерба

• ОБВИНЕНИЕ

        Неуказание нарушенных норм

        Перечень доказательств защиты и обвинения

  • ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

        Экспертиза

        Заключение и показания специалиста

        Оперативно-розыскные материалы

  • ВОЗВРАЩЕНИЕ ДЕЛА ПРОКУРОРУ

  • ОТМЕНА ПРИГОВОРА, РЕШЕНИЯ

  • ОПРАВДАНИЕ

  • ПРОЦЕСС

        Возбуждение дела

        Срок следствия

        Арест имущества

        Налоговая и банковская тайна

        Обжалование по ст. 125 УПК РФ

        Ознакомление с делом

  • НАЛОГОВОЕ МОШЕННИЧЕСТВО

Телеграм-канал

Практика по налоговым

преступлениям: только суть

Подписаться
Контакты, соц.сети

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru

Стенькин Алексей, адвокат

images