Телефон
+7 (903) 280-70-70
Практика судов об уклонении от уплаты налогов - дела, документы, решения, защита, представительство » Кассационные суды » Товар был реально поставлен, основания для налоговых вычетов имелись, поэтому состав уклонения от уплаты налогов отсутствует. Определение Седьмого кассационного суда от 18.11.2021 № 77-5168/21

Товар был реально поставлен, основания для налоговых вычетов имелись, поэтому состав уклонения от уплаты налогов отсутствует. Определение Седьмого кассационного суда от 18.11.2021 № 77-5168/21

18 ноябрь 2021
104
Судебная коллегия по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего – судьи Дегтярева А.Ф., судей Галимовой Н.Р. и Мухаметова Р.Ф., при секретаре Емельянове Я.Н., с участием прокурора Кузьминой О.В. и защитника – адвоката Максимова И.Ю. в открытом судебном заседании рассмотрела уголовное дело по кассационному представлению первого заместителя прокурора Тюменской области Биктимерова Р.М. на приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 12 октября 2020 года и апелляционное определение Тюменского областного суда от 02 марта 2021 года в отношении Т-ва Анатолия Константиновича, родившегося <данные изъяты> несудимого, оправданного по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

За Т-вым А.К. признано право на реабилитацию.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Приговором снят арест, наложенный на имущество Т-ва А.К. и <данные изъяты> и определена судьба вещественных доказательств.

В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Мухаметова Р.Ф., а также выступления прокурора Кузьминой О.В., поддержавшей доводы кассационного представления, и защитника – адвоката Максимова И.Ю., предлагавшего оставить судебные решения без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

обжалуемым приговором Т-в А.К., занимавший должность директора <данные изъяты> оправдан по обвинению в том, что он в период с 01 марта 2011 года по 18 января 2013 года в г. Тюмени путём включения в налоговые декларации <данные изъяты> заведомо ложных сведений о налоговых вычетах уклонился от уплаты налога на добавленную стоимость (НДС) за 1-4 кварталы 2011 года и 1-4 кварталы 2012 года в сумме 79 135 490,96 руб., что является особо крупным размером.

В кассационном представлении первый заместитель прокурора Тюменской области Биктимеров Р.М. просит судебные решения отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Раскрывая содержание и анализируя собранные по делу доказательства, указывает, что выводы суда о неверном описании в обвинении времени совершения преступления, а также отсутствии всех необходимых данных о содержащих ложные сведения документах, переданных Т-вым А.К. <данные изъяты> для получения налогового вычета по НДС, являются необоснованными, так как дата – 01 марта 2011 года указана исходя из первого счёта-фактуры, поступившего от <данные изъяты> в обвинении указано, что Т-в А.К. передавал <данные изъяты> счета-фактуры и накладные с суммами НДС, подлежащими уплате; суд не оценил тот факт, что сотрудники налоговой службы при проведении выездной проверки исходили из ложных показаний свидетеля <данные изъяты> о реальности поставок <данные изъяты> в адрес <данные изъяты>, данных с участием адвоката, предоставленного сотрудниками <данные изъяты>, документы о взаимоотношениях <данные изъяты> указанным свидетелем были подписаны лишь зимой 2014 года по просьбе сотрудников <данные изъяты> в связи с проведением в отношении данной организации налоговой проверки, что делает неуместной ссылку суда на судебную практику разрешения налоговых споров; данных о том, что на изъятых в ходе предварительного следствия жёстких дисках содержалась информация о поставках <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> не имеется; вывод суда о том, что <данные изъяты> не могло подтвердить указанные поставки ввиду утраты содержащейся на дисках информации из-за ненадлежащих условий их изъятия, транспортировки и хранения сделан исключительно на основе показаний заинтересованных в исходе дела лиц и объективными данными не подтверждается; вывод о нарушении следователем закона при изъятии указанных дисков сделан также необоснованно; суд не разобрался в существе предъявленного Т-ву А.К. обвинения; подтверждения поставок <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> не представлено, утверждения об этом стороны защиты, принятые судом, не могли служить основанием для оправдания Т-ва А.К.; суд проигнорировал сведения, полученные из таможенной службы, и заключение эксперта № 68 о том, что <данные изъяты> до момента прохождения товарами таможенной процедуры не могло включить их в состав реализуемых, а также оформить счета-фактуры и товарные накладные ранней датой; выводы суда о некомпетентности эксперта <данные изъяты> несостоятельны и голословны; заключение этого эксперта исключено из числа доказательств по надуманным основаниям; судом проигнорированы полученные от официального поставщика товаров в Россию <данные изъяты> сведения о том, что товар, указанный в счёт-фактуре <данные изъяты> выставленной <данные изъяты> указанному контрагенту не отгружался; суду не следовало исключать из числа доказательств заключение эксперта №316 по мотиву того, что Т-в А.К. не был своевременно ознакомлен с постановлением о назначении экспертизы, тогда как Т-в А.К. дополнительных вопросов эксперту не поставил, а при наличии таковых суд не лишён был возможности назначить ещё одну экспертизу; единообразность показаний сотрудников <данные изъяты>, признанных недопустимыми доказательствами по этому основанию, объясняется малым объёмом известных им сведений и выполнением схожих трудовых обязанностей, эти свидетели подтвердили, что никогда не видели товаров, поступивших от <данные изъяты> протоколы осмотров мест происшествий, неверно оцененные судом как не имеющие отношения к делу, подтверждают отсутствие по указанных в протоколах адресах контрагентов <данные изъяты>, у которых оно могло бы закупать товар для последующей поставки <данные изъяты> При таких обстоятельствах полагает, что представленная суду совокупность доказательств полностью изобличала Т-ва А.К. в совершении инкриминированного ему деяния. По мнению прокурора, суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы апелляционного представления формально, не дал им надлежащей оценки.

В возражениях на представление защитник – адвокат Максимов И.Ю. просит оставить его без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия предусмотренных законом оснований для отмены приговора и апелляционного определения не находит.

В соответствии со ст. 401.6 УПК РФ пересмотр в кассационном порядке приговора по основаниям, влекущим ухудшение положения оправданного, допускается в срок, не превышающий 1 года со дня вступления приговора в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Таких нарушений судами не допущено.

Выводы суда об отсутствии в действиях Т-ва А.К. состава преступления основаны на тщательно исследованных в судебном заседании доказательствах, которые оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 и 307 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности. Совокупность собранных по уголовному делу доказательств являлась достаточной для его разрешения и правильного установления фактических обстоятельств содеянного.

Согласно ч. 3 ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, так как бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности, которые не могут быть устранены, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации.

Т-в А.К. обвинялся в том, что, являясь директором <данные изъяты> достоверно зная, что поставка товаров в адрес его организации сторонней организацией <данные изъяты> по договору поставки от 01 августа 2008 года не осуществлялась, имея умысел на неправомерное применение налоговых вычетов по НДС, неоднократно получал изготовленные неустановленными лицами заведомо подложные документы о приобретении товара у <данные изъяты> и обеспечивал передачу данных документов (счетов-фактур, товарных накладных) в период с 01 марта 2011 года по 18 января 2013 года главному бухгалтеру <данные изъяты> для отражения изложенных в них сведений <данные изъяты>, а впоследствии – для использования при составлении <данные изъяты>. <данные изъяты> на основании указанных документов, а также договора поставки от 01 августа 2008 года и дополнительного соглашения к нему от 01 августа 2009 года неоднократно включала в декларации по НДС сведения о налоговых вычетах. В результате Т-в А.К. уклонился от уплаты НДС за 1-4 кварталы 2011 года и 1-4 кварталы 2012 года на сумму 79 135 490,96 руб., то есть в особо крупном размере.

Следовательно, одним из обстоятельств, подлежавших доказыванию по настоящему уголовному делу, являлось отсутствие реальных поставок со стороны <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> по договору и дополнительному соглашению к нему, при том, что наличие указанных документов как таковых сторона обвинения не оспаривала. Отсутствие поставок лишало бы <данные изъяты> законного основания для получения налоговых вычетов.

Между тем достаточных в своей совокупности доказательств тому стороной обвинения представлено не было.

Оправданный Т-в А.К. вину не признал и показал, что в период действия договора <данные изъяты> получал транспортными компаниями товар от <данные изъяты> с 2008 по 2014 годы, производил наценку, реализовывал товар, от этого получал прибыль, уплачивал налоги и иные обязательные платежи. С <данные изъяты> рассчитывались безналичным путём. Первичные бухгалтерские документы ему не передавали, он их не подписывал и в бухгалтерию не передавал. В <данные изъяты> участие директора в таком документообороте не предусмотрено.
    
Эти показания не только не были опровергнуты, но, напротив, нашли своё подтверждение показаниями сотрудников группы компаний <данные изъяты> <данные изъяты> и других, из которых следует, что товар от <данные изъяты> в <данные изъяты> из г. Москвы и в г. Тюмень в 2011 и 2012 годах поступал регулярно и в большом количестве, составлял 37-38% поставляемого товара. Приёмка товара путём считывания штрих-кода сканером. НДС за указанные годы уплачен полностью.

В свою очередь, показания упомянутых свидетелей согласуются с показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что груз для <данные изъяты> привозило, в том числе <данные изъяты>

Номинальный директор указанной организации <данные изъяты> показала, что деятельностью <данные изъяты> занимались другие люди. У этой организации товар закупало <данные изъяты> продавало его в г. Тюмени. Товар перевозили ж/д транспортом, в связи с чем она подписывала договоры, счета-фактуры, транспортные накладные и т.п. Сначала оборот у <данные изъяты><данные изъяты> был незначительный, но в 2102, 2013 годах пошли счета-фактуры и накладные на большие суммы.

При этом, как правильно указано судами, отсутствие у <данные изъяты> собственных имущества, управленческого и производственного персонала, транспортных средств и складских помещений, вопреки доводам представления, не исключает возможности осуществления указанной организацией хозяйственной деятельности, в том числе с привлечением сил и ресурсов сторонних организаций.

Именно с этой точки зрения оценены судом первой инстанции протоколы осмотров мест происшествий, на которых прокурор основывает свои суждения об отсутствии у <данные изъяты> контрагентов – продавцов товара для последующей его поставки <данные изъяты>

Одновременно судебная коллегия, разделяя позицию нижестоящих судов на этот счёт, отмечает, что <данные изъяты> не несёт ответственность за соблюдение законодательства своими контрагентами, в выборе которых <данные изъяты> проявило необходимую добросовестность и осмотрительность.

Этих же аргументов судебная коллегия придерживается при оценке доводов стороны обвинения о взаимоотношениях <данные изъяты> с фирмами-«однодневками» и доводов относительно указания в счетах-фактурах дат, предшествующих датам окончания прохождения таможенной процедуры со ссылкой на заключение эксперта, а также сведения, полученные из <данные изъяты> Упомянутые счета-фактуры составлялись не <данные изъяты>, за достоверность приведённых в них сведения данная организация отвечать не может.

В то же время несоответствие указанных дат друг другу само по себе не означает, что товар не был ввезён в Российскую Федерацию и не являлся предметом гражданского оборота.

Показания свидетеля <данные изъяты>, на ложности которых настаивает сторона обвинения, обоснованно признаны судами достоверными, поскольку подтверждаются совокупностью других доказательств. Время подписания указанным свидетелем документов по просьбе представителей <данные изъяты> в связи с проводимой в отношении указанной организации проверкой значения для оценки показаний свидетеля как достоверных не имеет – <данные изъяты> подписала документы, которые не могло представить <данные изъяты> подтверждающие имевшие место в действительности поставки товаров.

Реальность договора поставки товара подтверждается и показаниями заместителей руководителя УФНС РФ по Тюменской области – свидетелей <данные изъяты> Свидетели, в частности, показали, что подписание первичной документации неустановленными лицами не может служит самостоятельным основанием для признания получения <данные изъяты> необоснованной налоговой выгоды. <данные изъяты> отразило у себя в налоговом учёте доходы и в полном объёме уплатило НДС по операциям с <данные изъяты> Денежные средства от <данные изъяты> поступали на расчётный счёт <данные изъяты> а оттуда – фирмам, имеющим признаки «однодневок», что, однако, не служит безусловным доказательством необоснованной налоговой выгоды для <данные изъяты>

Показания вышеназванных свидетелей соответствуют акту выездной налоговой проверки, согласно которому неуплата <данные изъяты> НДС налоговым органом не установлена.

Подтверждением позиции стороны защиты являются также счета-фактуры и накладные <данные изъяты> книги покупок <данные изъяты> карточка счёта расчёта с покупателями и заказчиками <данные изъяты> ежегодные акты сверок о поставках товара <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> сведения о движении денежных средств по расчётным счетам об оплате <данные изъяты> товара <данные изъяты> на 694 млн. руб.

Учитывая приведённую в приговоре оценку доказательств, из совокупности которых следует, что доводы стороны защиты о реальности поставок товара <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> надлежащим образом стороной обвинения не опровергнуты, а утверждения этой стороны об обратном, по сути, являются предположениями, доводы представления об ошибочности указаний суда на неверное установление в ходе предварительного следствия времени совершения преступления, об отсутствии всех необходимых данных о содержащих ложные сведения документах, переданных <данные изъяты> и об отсутствии сведений о том, что на изъятых в ходе предварительного следствия жёстких дисках содержалась информация о поставках <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> на законность обжалуемых судебных решений не влияют.

Вместе с тем из не опровергнутых стороной обвинения показаний сотрудников <данные изъяты> видно, что именно на указанных жёстких дисках содержалась информация об оспариваемых обвинением поставках. Неслучайно в этой связи, что эти диски были изъяты в ходе предварительного следствия, однако в результате нарушения условий их изъятия, транспортировки и хранения имеющая значение для дела информация была уничтожена.

Изложенная в представлении позиция о том, что наличие поставок <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> не подтверждено, противоречит требованиям закона, в силу которых подсудимый не обязан доказывать свою невиновность, напротив, стороне обвинения следовало доказать отсутствие таких поставок, чего сделано не было.

Оценка заключениям экспертов и показаниям эксперта, равно как и другим доказательствами дана судом в соответствии со ст. ст. 17, 87 и 88 УПК РФ, оснований для иной оценки не имеется.

Суд, оценивая заключение эксперта, проводившего дополнительную экспертизу, справедливо указал на то, что вопрос о сумме неисчисленного подлежащего уплате НДС был поставлен судом без каких-либо дополнительных условий, тогда как, отвечая на этот вопрос, эксперт принял во внимание отсутствие поставки товара <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> и составление <данные изъяты> счетов-фактур с нарушением требований ст.ст. 169, 171, 172 УПК РФ.

Процессуальная порочность заключения эксперта влечёт невозможность использования в качестве доказательства его показаний, производных от этого заключения и данных в качестве его разъяснения.

Предыдущее заключение эксперта, проводившего экономическую экспертизу, на доказательственном значении которого настаивает сторона обвинения, не содержит сведений о разъяснении эксперту предусмотренных ст. 57 УПК РФ прав и обязанностей, а также о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что в любом случае влечёт признание такого доказательства процессуально несостоятельным.

Решение о признании недопустимыми доказательствами показаний сотрудников <данные изъяты> в связи с тем, что текст протоколов допросов указанных лиц совпадает дословно, что действительно следует из содержания протоколов, учитывая доказательственное значение этих показаний, к числу существенных нарушений закона, повлиявших на исход дела и влекущих безусловную отмену приговора и апелляционного определения, отнесено быть не может.

Мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения, согласно п. 4 ст. 305 УПК РФ в приговоре приведены.

Указанные в представлении доводы отчасти аналогичны озвученным стороной обвинения в суде апелляционной инстанций, все они получили надлежащую оценку в апелляционном определении и были аргументированно отвергнуты.

Апелляционное определение отвечает предписаниям ч. 4 ст. 7 и ст. 389.28 УПК РФ.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационного представления не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 401.14 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

кассационное представление первого заместителя прокурора Тюменской области Биктимерова Р.М. на приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 12 октября 2020 года и апелляционное определение Тюменского областного суда от 02 марта 2021 года в отношении Т-вА Анатолия Константиновича оставить без удовлетворения.

Похожая практика: