Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать
 

Сумма иска применительно к размеру возмещения материального ущерба не может быть заявлена к взысканию в размере большем, чем указано в обвинительном заключении. Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 20.11.2018 № 22-5308/18

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе председательствующего Прокоповой Е.А., судей Карловой И.Б., Бутиной С.В., при секретаре Хрульковой Д.А, с участием прокурора Гришина В.Е., представителя потерпевшего Ф.В., адвоката Коптевой Н.П., осужденного М-ва К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении М-ва К.А. по апелляционным жалобам представителя потерпевшего – начальника ИФНС по <адрес> С.А., осужденного М-ва К.А., его защитников-адвокатов Плевина А.И. и Коптевой Н.С. на приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым М-в К. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Республики Кыргызстан, не судимый, осужден по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 162-ФЗ) к 2 годам лишения свободы. На основании ст.73 УК РФ назначенное М-ву К.А. наказание в виде лишения свободы считается условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на М-ва К.А. возложены следующие обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться в указанный орган на регистрацию с установленной ему сотрудником данного органа периодичностью.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, частично удовлетворены исковые требования представителя-потерпевшего: в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость в сумме 238 086 760 рублей 16 копеек.

установила:

Приговором Ленинского районного суда <адрес> М-в К.А. признан виновным и осужден за уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере.

Преступление совершено на территории <адрес> в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно установленных приговором суда.

В судебном заседании М-в К.А. вину в совершении преступления не признал, настаивал на отсутствие в его действиях состава преступления.

На приговор суда представителем потерпевшего – начальником ИФНС по <адрес> С.А. подана апелляционная жалоба, в которой она, не соглашаясь с приговором суда, просит его изменить, удовлетворить иск ИФНС России по <адрес>, увеличить размер возмещения материального ущерба.

В обоснование указывает на то, что принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд неверно применил разъяснения, изложенные в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ

Ссылаясь на правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ указывает на то, что неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога.

Обращает внимание на то, что к сумме не внесенного в срок налога законодатель вправе добавить дополнительный платеж – пеню как компенсацию потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога, в связи с чем, включение в исковые требования ущерба в размере неуплаченных пеней является правомерным.

По мнению автора жалобы, принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд не учел, что те же самые действия, которые повлекли неуплату НДС, одновременно повлекли и неуплату налога на прибыль организаций, таким образом, неуплата налога на прибыль произошла по той же причине, что и неуплата НДС.

Обращает внимание на то, что решением Арбитражного суда <адрес> ООО «Ленанефтегаз» признано банкротом и ликвидировано, причиной банкротства послужил систематический вывод средств из указанной организации под видом расходов.

В апелляционной жалобе адвокат Плевин А.И. в защиту осужденного М-ва К.А., не соглашались с размером исковых требований, считает приговор суда незаконным и необоснованным, просить в удовлетворении гражданского иска отказать.
    
Согласно доводам жалобы, судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права, что повлияло на выводы обжалуемого приговора, который основан на предположениях. Кроме того, вина его подзащитного в ходе судебного разбирательства не доказана и не подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

По мнению автора жалобы, выводы суда основаны лишь на заключении эксперта Л.А., которая дала ответы на поставленные следователем вопросы без учета существенных обстоятельств.

Также обращает, что, существенно нарушая принципы состязательности сторон, суд неоднократно отказывал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о проведении дополнительной экономической экспертизы.

На приговор суда осужденным М-вым К.А. подана апелляционная (основная и дополнительная) жалоба, в которой он, не соглашаясь с приговором суда, просит его изменить как незаконный и необоснованный, в удовлетворении заявленного представителем потерпевшего иска отказать в полном объеме.

Согласно доводам жалобы, выводы следствия и суда основаны на предположениях, и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; его вина в инкриминируемом ему преступлении не доказана; указывает на нарушение судом норм уголовно-процессуального законодательства, а также, что судом было нарушено его право на защиту; суд не разъяснил его право на применение акта об амнистии.

По мнению автора жалобы, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения иска; обвинительное заключение не конкретизировано, а именно в нем не указано, где, когда, при каких обстоятельствах и каким способом лично он выполнял обязанности руководителя ООО «Ленанефтегаз», а также включал в налоговую декларацию заведомо ложные сведения.

В обоснование своей невиновности, указывает на первоначальное возбуждение уголовного дела в отношении директора ООО «Ленанефтегаз» П.И. Обращает внимание на то, что материалы уголовного дела не содержат в принципе документов от ООО «Ленанефтегаз», составленные за его подписью. Ссылаясь на полученный из налоговой инспекции ответ, указывает на то, что со второго по четвертый квартал 2009 года налоговые декларации по НДС были подписаны П.И.

Кроме того, ссылаясь на показания свидетеля Ю.В. указывает на то, что искажения в декларации ООО «Ленанефтегаз» он не вносил, а также не требовал от кого-либо внести в декларацию ложные сведения.

По мнению автора жалобы, суд не дал оценки показаниям свидетелей, которые отрицали фактическое руководство им деятельностью организации. Кроме того, позиции стороны обвинения о том, что он фактически выполнял обязанности руководителя в ООО «ЛНГ», вносил в налоговую декларацию заведомо ложные сведения, подписывал декларацию, опровергается показаниями свидетелей Бик-вой, Шир-вой, Л-на, Ш-ц, М-ва, Пол-ва, Баб-вой.

По мнению автора жалобы, судом не дана надлежащая оценку тому обстоятельству, что на многих свидетелей оперативными - сотрудниками оказывалось давление, что подтверждается соответствующими заявлениями, приобщенными к материалам дела.

Обращает внимание на, что в ходе судебного разбирательство было установлено, что налоговые декларации ООО «Ленанефтегаз» составлялись при помощи компьютерной программы 1С и СБИС, после чего в электронном виде предоставлялись в налоговый орган. Кроме того, на указанных декларациях ставилась электронная подпись директора ООО «Ленанефтегаз». Также в судебном заседании было установлено, что он налоговые декларации не подписывал, их содержание не искажал, в налоговый орган не сдавал.

По мнению автора жалобы, суд в нарушение п. 6 постановления № Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора не дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам.

В подтверждение своих доводов указывает на то, что приходя к выводу о внесении им изменений в декларации, суд не указал на основании каких доказательств он пришел к данному выводу.

Обращает внимание, что он был лишен возможности сверить копии налоговой декларации, находящейся в деле с оригиналом, поскольку в суд оригиналы указанных деклараций не были предоставлены.

Указывает, что у ООО «Ленанефтегаз» отсутствовало свое имущество для осуществления производственной деятельности, в связи с чем оно не могло осуществлять установленные судом виды деятельности и получать экономическую прибыль, которая была включена в доход для целей налогообложения прибыли и НДС, однако данное обстоятельство не получило своей оценки в ходе проведения экспертизы.

Кроме того, полагает, что при производстве по уголовному делу было нарушено его право на защиту, поскольку постановленный в отношении него приговор основан на выводах, изложенных в заключении эксперта, однако, данная экспертиза была проведена на момент возбуждения уголовного дела в отношении П.И., он же, со своей стороны, был лишен возможности воспользоваться своими процессуальными правами при назначении экспертизы. При этом в проведении повторной экспертизы ему было отказано.

Полагает, что в том числе судом нарушен порядок взыскания ущерба с гражданского ответчика, поскольку ИФНС по <адрес> не могла выступать в качестве гражданского истца, поскольку в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона только прокурор вправе предъявлять гражданский иск в интересах государства.

Ссылаясь на правовую позицию Верховного Суда РФ, указывает на то, что суд, удовлетворяя гражданский иск, фактически переложил обязанность по уплате недоимки по налогам на ненадлежащих налогоплательщиков.

Кроме того, в ходе рассмотрения уголовного дела не нашел подтверждения факт использования им для личных нужд денег, подлежащих уплате в качестве налогов.

По мнению автора жалобы, он незаконно привлечен к гражданско-правой ответственности. Кроме того, при частичном удовлетворении иска, суд не рассмотрел вопрос, были ли исчерпаны все возможности взыскания неуплаченных налогов с самого юридического лица. Также судом не дана оценка судебным актам арбитражных судов относительно банкротства организации, из содержания которых усматривается, что им не оказывалось влияния на деятельность данной фирмы.

Полагает, что судом неправильно сделаны выводы относительно неистечения срока давности обращения истца с гражданским иском, поскольку исходя из фактических обстоятельств, о своем нарушенном праве истец узнал ранее, чем было возбуждено уголовное дело, в связи с чем срок давности истек.

На приговор суда адвокатом Коптевой Н.П., в защиту осужденного М-ва К.А. подана апелляционная (основная и дополнительная) жалоба, в которой она, не соглашаясь с приговором суда, просит его изменить, М-ва К.А. от наказания освободить, применив к нему положения п. 9 постановления «Об объявлении амнистии»; приговор в части разрешения гражданского иска отменить, дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

По доводам жалобы, обжалуемое судебное решение вынесено с нарушением норм уголовного, уголовно-процессуального закона.

По мнению автора жалобы, с учетом исследованных по делу доказательств суд не смог правильно определить размер налогов, уклонение от уплаты которых инкриминировано осужденному; судом не определен и не конкретизирован способ совершения преступления, а также суд пришел к неверному выводу о том, что М-в К.А. является субъектом данного преступления.

По мнению автора жалобы, в действиях её подзащитного отсутствует состав инкриминируемого ему преступления.

В обоснование указывает, что М-в К.А. руководителем организации не являлся, в исполнительно-распорядительный орган не входил, директором указанной организации являлся П.И., который и подписывал налоговые декларации.

Обращает внимание, что вывод суда на наличие по уголовному делу налоговых деклараций не основан на нормах закона, в том числе Налогового кодекса РФ, поскольку распечатки из автоматизированной системы налогового органа не могут являться налоговыми декларациями.

Кроме того, полагает, что «книги покупок» и «книги продаж», исследованные экспертом Л.А., являются фотокопиями и не имеют подписи лиц, ответственных за их ведение.

По мнению автора жалобы, с учетом изложенного, а также, что указанные документы были представлены налоговым органом, выводы эксперта сделаны на недопустимых доказательствах.

Полагает, что как в обвинительном заключении, так и в обжалуемом решении были допущены арифметические ошибки при исчислении суммы налогов, подлежащих оплате. При этом, ссылаясь на приведенные судом в приговоре счета-фактуры, за счет которых были завышены вычеты, на сумму 120 198 721 рублей, полагает, что экспертом допущена ошибка при расчете суммы заниженного налога.

Однако, убрав вычеты на указанную сумму по представленным ей на экспертизу счетам-фактурам, эксперт отразила в заключение, что «фирмы однодневки» были еще отражены в «книге покупок» на сумму 6 368 505,77 рублей, которые она из налоговой базы не исключила. Кроме того, эксперт путём вычитания сравнила сумму налога, исчисленную ею на основании книг покупок и продаж с суммами налоговой базы в декларации, тем самым сформировав сумму в размере 117888039 рублей, что является недопустимым арифметическим действием, в том числе с учётом отсутствия первичных документов, подтверждающих применение налоговых вычетов на данную сумму.

Обращает внимание на то, что заключение эксперта датировано ДД.ММ.ГГГГ, а уголовное дело в отношении М-ва К.А. возбуждено ДД.ММ.ГГГГ тем самым уже на стадии следствия последний был лишен возможности поставить перед экспертом вопросы, заявить ему отвод, участвовать в проведении экспертизы. По мнению автора жалобы, отказывая в проведении повторной экспертизы, суд огранил право М-ва К.А. на защиту.

Ссылаясь на правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, указывает, что размер ответственности физического лица за имущественный вред, причиненный неуплатой налогов налогоплательщиком-организацией, может быть скорректирован судом. При этом суд при определении размера возмещения вреда физическим лицом необходимо учитывать имущественное положение осужденного, в частности факт обогащения в результате совершения налогового преступления, однако указанные обстоятельства не были исследованы в суде первой инстанции.

Также указывает, что при удовлетворении гражданского иска, суд, обладая информацией о наличии процедуры банкротства в отношении юридического лица ООО «Ленанефтегаз» не исследовал вопрос о том, какая сумма налоговых платежей по НДС, которые вменены как ущерб осужденному, были погашены в результате процедуры банкротства.

По мнению автора жалобы, с учетом требований изложенных в п. 9, 13 постановления Государственной Думы Федерального собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945» М-в К.А. подлежит освобождению от наказания в связи с указанным актом об амнистии, срок действия которого не является пресекательным, если инкриминируемое преступление совершено до вступления данного акта об амнистии в силу и лицо подпадает под его действие.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего - Ф.В. выражает несогласие с доводами жалоб осужденного и адвоката на приговор суда, в возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшего адвокат Плевин А.И. просит отказать в удовлетворении данной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав объяснения осужденного М-ва К.А. и адвоката Коптевой Н.П., поддержавших доводы своих жалоб и жалобы адвоката Плевина А.И. в полном объеме, мнение представителя потерпевшего В.В., поддержавшего свою жалобу и полагавшего необходимым отказать в удовлетворении жалоб стороны защиты, прокурора Гришина В.Е., полагавшего необходимым приговор суда изменить, судебная коллегия приходит к следующему.

Виновность осужденного М-ва К.А. в содеянном им установлена совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, приведенных в приговоре и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом правильно, а выводы суда о доказанности вины осужденного, вопреки доводам жалоб стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и мотивированы.

Тот факт, что фактически руководителем ООО «Ленанефтегаз» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся именно М-в К.А., а не П.И., который лишь исполнял указания М-ва К.А., при этом последний управлял и распоряжался денежными средствами по расчетным счетам, установлен судом обоснованно.

Кроме того, вопреки доводам осужденного и адвокатов, тщательно проанализировав показания свидетелей и исследовав материалы дела, суд правильно установил, что в указанный период времени именно М-в К.А. создал и использовал схему заключения фиктивных сделок и денежных расчетов с организациями ООО «Кипарис», ООО «Стройпоставка», ООО «Логос», ООО «Плутон», ООО «МонтажПроект», ООО «Стройпроект-1» и ООО «СпецМонтаж» с целью получения необоснованной налоговой выгоды для ООО «Ленанефтегаз» за счет неправомерного завышения налоговых вычетов по НДС по сделкам с указанными организациями в особо крупном размере.

При этом ООО «Кипарис», ООО «МонтажПроект», ООО «СпецМонтаж», ООО «Стройпоставка», ООО «Стройпроект-1», ООО «Логос» и ООО «Плутон» фактически не осуществляли какой-либо финансово-хозяйственной деятельности, не отражали в своей налоговой отчетности сведения о фиктивных сделках с ООО «Ленанефтегаз», не исчисляли и не уплачивали НДС, предъявленный в адрес ООО «Ленанефтегаз».

Фактический руководитель ООО «Ленанефтегаз» М-в К.А., заведомо зная о том, что сделки с данными организациями не отражают реальных хозяйственных отношений, в целях уклонения от уплаты НДС, использовал подложные документы по финансово-хозяйственным операциям с данными организациями в качестве оправдательных для получения необоснованной налоговой выгоды по НДС для ООО «Ленанефтегаз», при этом бухгалтер ООО «Ленанефтегаз» Ю.В. исполняла указания М-ва К.А. о включении в налоговые декларации заведомо ложных сведений о сумме налогов, подлежащих уплате в бюджет, общая сумма уклонения от уплаты которых составила за инкриминируемый период времени 238 086 760,16 рублей.

К данному выводу суд пришел на основании показаний представителей гражданского истца - ИФНС по <адрес> г. Н.Я. и Ф.В., пояснивших об обстоятельствах выявления задолженности по уплате налогов в организации при проведении налоговой проверки, по результатам которой составлен акт № (том.15, л.д. 1-193) о неполной уплате налога на добавленную стоимость за 2009 и 2010 годы, а также показаний свидетелей, а именно:

- свидетеля П.И., согласно которым, он выполнял в организации ООО «Ленанефтегаз» функции номинального директора, до него директором был Д.С., фактически же был главным инженером, руководил бурением скважин, всей остальной деятельности предприятия не касался, поскольку переговоры вел исключительно М-в К.А., он же решал все финансовые вопросы. Он (Тарасов) выдал по указанию М-ва на его имя доверенность на осуществление полномочий. Работники бухгалтерии без согласования с М-вым не могли осуществлять какие-либо действия. Организации Кипарис, Плутон, Стройпоставка, СтройНовосибСбыт, Главрегионстрой, Строй проект-1, Логос ему не знакомы, договоров с ними он не подписывал, однако, ему известно, что в данных договорах, представленных ему в ходе следствия, была указана его факсимиле, которая была изготовлена, так как требовалось много его подписей. Первичная информация для формирования налоговой отчетности собирали в Ленске, потом её передавали в Новосибирск бухгалтеру Ю.В., поскольку организация зарегистрирована в <адрес>. Ему (Тарасову) никакие документы по бухгалтерской или налоговой отчетности не предоставляли. Налоговые декларации он не проверял, поскольку они формировались в Новосибирске;

- свидетеля А.Ч., согласно которым, ООО «Кипарис», ООО «Логос», ООО «МонтажПроект», ООО «Глория», ООО «СпецМонтаж», ООО «Стройпоставка», ООО «Стройновосибсбыт», ООО «Главрегионстрой», ООО «СтройРегионСиб», ООО «Стройпроект-1» она зарегистрировала по просьбе Д.С. При этом показания данного свидетеля согласуются с показаниями свидетелей Л.А. и Т.Н., согласно которым по просьбе А.Ч., они регистрировали организации ООО «Кипарис» и ООО «МонтажПроект», однако какой-либо деятельности в них не осуществляли;

- свидетеля М.А. в ходе следствия, из которых следует, что он, работая в ООО «Ленанефтегаз» подготавливал и печатал документы от имени ООО «Плутон», ООО «Кипарис», ООО «Монтажпроект», при этом данные относительно необходимости указать конкретную организацию ему сообщал М-в К.А., который просматривал составленные счет-фактуры, иногда корректировал цены. Кроме того, ему известно, что в ходе обыска в кабинете юриста К.И. были изъяты печати и клише различных организаций. Показания свидетеля М.А. о фактическом руководстве организацией осужденным и контроле с его стороны за движением денежных средств согласуются с показаниями и других сотрудников ООО «Ленанефтегаз», в том числе Ш.И., Г.С. и В.В.
    
При этом показания вышеуказанных лиц подтверждаются исследованными судом письменными документами, а именно: решением № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении налогоплательщика – ООО «Ленанефтегаз» к налоговой ответственности в связи с неуплатой налогов, в том числе НДС, за период 2009-2010 гг. (т.16 л.д.1-178); налоговыми декларациями по НДС ООО «Ленанефтегаз» за 2009-2010 года, согласно которым сумма налоговых вычетов по НДС, отраженная в указанных декларациях, с учетом сведений, содержащихся в книгах покупок общества за тот же период, включает суммы НДС по сделкам с ООО «Монтаж Проект», ООО «Кипарис», ООО «Стройпоставка», ООО «Логос», ООО «Плутон», ООО «СпецМонтаж» и ООО «Стройпроект-1» (т.17 л.д. 124-230); книгой покупок ООО «Ленанефтегаз» за 2009 год, в которой отражены счета-фактуры, подтверждающие факт финансово-хозяйственных отношений между ООО «Ленанефтегаз» и ООО «Монтаж Проект», ООО «Кипарис», ООО «Стройпоставка», ООО «Логос», ООО «Плутон», ООО «СпецМонтаж» и ООО «Стройпроект-1» в 2009 году, приобщенной к материалам уголовного дела в коробках (протокол осмотра в т.21 на л.д.122-134); книгой покупок ООО «Ленанефтегаз» за 2010 год, в которой отражены счета-фактуры, подтверждающие факт финансово-хозяйственных отношений между ООО «Ленанефтегаз» и ООО «Монтаж Проект», ООО «Кипарис», ООО «Стройпоставка», ООО «Логос», ООО «Плутон», ООО «СпецМонтаж» и ООО «Стройпроект-1» в 2010 году, приобщенной к материалам уголовного дела в коробках (протокол осмотра в т.21 на л.д.122-134); заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что сумма налога на добавленную стоимость, не исчисленная ООО «Ленанефтегаз» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 238 086 760,16 руб. (т.26 л.д.89-126, подписка эксперта - т.22 на л.д.81-84).
    
Доводы жалоб стороны защиты относительно неустановления судом способа совершения осужденным преступления, в том числе в связи с отсутствием, по мнению стороны защиты, бесспорных доказательств, свидетельствующих о внесении М-вым К.А. каких-либо изменений в декларации, судебная коллегия полагает несостоятельными.
    
Судом правильно установлено исходя из анализа показаний в ходе предварительного следствия таких свидетелей, как М.Ю., Т.Г., К.А., что М-в К.А. был осведомлен о привлечении организаций ООО «Кипарис», ООО «Стройпоставка», ООО «Логос», ООО «Плутон», ООО «МонтажПроект», ООО «Стройпроект-1» и ООО «СпецМонтаж» в качестве посредников в цепочке движения денежных средств и об отсутствии фактических операций по приобретению товара у данных организаций.

В том числе свидетель Б.В. подтвердил, что в период исполнения ГУП «Якутская ВПФЧ» (имеющего лицензию на осуществление деятельности по противофонтанной безопасности, недопущению нефтяных и газовых выбросов) договора с ООО «Ленанефтегаз» на проведение профилактических работ по предупреждению возникновения и по ликвидации открытых газовых и нефтяных фонтанов на объектах работ нахождение представителей каких-либо иных организаций, в том числе, ООО «МонтажПроект», ООО «Стройпоставка», ООО «Стройпроект-1» на скважинах ООО «Ленанефтегаз» не имелось.

При этом его пояснения согласуются с показаниями свидетеля С.И. – сотрудника ООО «Газпром газобезопасность», из которых следует, что такие компании, как «МонтажПроект», ООО «Стройпоставка», ООО «Стройпроект-1» ему не знакомы.

Кроме того, пояснения указанных лиц подтверждаются в том числе письменными доказательствами, а именно: договорами и счет-фактурами между ООО «Ленанефтегаз» и ГУП «Якутская ВПФЧ» (т.6 л.д.64-78), договорами и счет-фактурами между ООО «Газпром газобезопасность» и ООО «Ленанефтегаз» (т.21 л.д.166-203), ответом из Ленского У. Р. от ДД.ММ.ГГГГ (т.20 л.д.61-63), заключением специалиста №зак от ДД.ММ.ГГГГ (т.22 л.д.136-148), из выводов которого следует, что противофонтанные работы на скважинах ООО «Ленанефтегаз» отражены в учёте, как выполненные ООО «МонтажПроект», ООО «Стройпоставка», ООО «Стройпроект-1» и на тех же скважинах в тот же промежуток времени ГУП «Якутская ВПФЧ», ООО «Газпром газобезопасность».

Кроме того, из показаний свидетеля Т.Г. в ходе следствия следует, что М-в К.А. указывал подчиненным сотрудникам, на необходимость отражения финансово-хозяйственных операций в учете ООО «Ленанефтегаз», в частности, бухгалтер Ю.В. отражала недостоверные сведения в налоговых декларациях НДС по распоряжению М-ва К.А., который не хотел платить НДС с ООО «Ленанефтегаз».

Вопреки доводам осужденного, суд правильно не принял как достоверные показания свидетеля Ю.В. (Кр-вой), согласно которым подобных указания осужденный ей не давал, поскольку данные показания опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств.

При этом введение в учет общества подобных операций с учетом использования бухгалтерией программного комплекса «1С Бухгалтерия» приводило к автоматическому отражению данных операций в формируемой налоговой отчетности с внесением заведомо для М-ва К.А. в неё недостоверных сведений, в том числе в части суммы налоговых вычетов по НДС, с последующим их предоставлением в налоговый орган.
    
Ссылки осужденного на ненадлежащую оценку судом показаний ряда свидетелей, а именно М.Ю., Ш.Т., Г.С., Ш.И., М.А., указавших об оказании на них давления в ходе следствия по уголовному делу, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку показания данных свидетелей в ходе следствия получены в соответствии с требованиями действующего законодательства, а также подтверждаются другими доказательствами по делу.

Как правильно указано судом, перед допросами свидетели были в установленном законом порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ознакомились с текстом протокола допроса, удостоверили правильность его содержания своими подписями, не выразив никаких замечаний.

При этом, последующее изменение свидетелями своих показаний в пользу подсудимого уже в ходе судебного разбирательства, а также указание ими о том, что протоколы своих допросов они не читали, не имели очков, плохо себя чувствовали, а также их вынуждали давать показания против М-ва К.А., было правильно оценено судом как не нашедшее своего подтверждение.
    
Ссылка осужденного и адвоката Коптевой Н.П. на недопустимость таких доказательств по делу, как налоговые декларации, поскольку распечатки из автоматизированной системы налогового органа, по мнению стороны защиты, не могут расцениваться как налоговые декларации, а также доводы адвоката Коптевой Н.П., сводящиеся к недопустимости книг покупок и книг продаж, исследованных экспертом Л.А., поскольку последние представлены в фотокопиях, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными.

Согласно ст.74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. К таковым относятся согласно п.6 ч.2 ст.74 УПК РФ, и иные документы.

Как следует из представленных документов, на протяжении следствия сторона защиты никогда не выступала с заявлением о фальсификации и недостоверности представленных со стороны ИФНС в адрес следствия и приобщенных к материалам уголовного дела налоговых деклараций. Данные налоговых деклараций по НДС были отражены ИФНС как в акте проверке, так и в последующем решении по её итогам, при этом со стороны защиты сам расчет НДС не оспаривался.

Книги покупок и книги продаж были получены также ИФНС в ходе проведенной выездной проверки, при этом представителями потерпевшей стороны неоднократно указывалось, что оригиналы данной документации содержатся в инспекции, на последнем листе книги содержатся сведения за налоговый период, заверенные подписью руководителя и печатью организации.

Исполнение П.И. отдельных действий от имени юридического лица, сам факт отсутствия в налоговых декларациях подписи М-ва К.А., а также доводы последнего об отсутствии руководства им юридическим лицом со ссылкой на решение Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по иску ОАО «Тюменьгеология» о привлечении его к субсидиарной ответственности, не опровергает выводов суда относительно виновности М-ва К.А., поскольку судом правильно установлено фактическое руководство организацией со стороны осужденного в инкриминируемый период времени совершения преступления.

Вопреки доводам осужденного, отсутствие в материалах дела подтверждения факта его обогащения в результате уклонения от уплаты налогов, не ставит под сомнение правильность выводов суда, поскольку установление данных обстоятельств не входит в предмет доказывания по инкриминируемому М-ву К.А. преступлению.

Вопреки доводам жалобы защиты о недопустимости заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ исходя из обстоятельств её проведения, способа расчётов и последующего оформления, суд обосновано сослался на данное заключение как на доказательство виновности осужденного. При этом у суда не было оснований сомневаться в заключении эксперта, поскольку экспертное исследование было проведено в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в совокупности с другими приведенными в приговоре доказательствами является доказательством совершения М-вым К.А. преступления.
    
При этом, то обстоятельство, что данная экспертиза была проведена на момент первоначального возбуждения уголовного дела в отношении П.И., что свидетельствует о нарушении, по мнению стороны защиты, права М-ва К.А., поскольку последний был лишен возможности поставить какие-либо вопросы перед экспертом, не ставит под сомнение обоснованность выводов эксперта и не свидетельствует о необходимости назначения по уголовному делу повторной экспертизы исходя из изложенных обстоятельств.
    
При этом судебная коллегия учитывает, что эксперт Л.А. была допрошена как в ходе судебного следствия при рассмотрении дела судом первой инстанции, так и в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции по обстоятельствам разъяснения данного ею заключения, выводы эксперта не содержат противоречий.
    
Так, судом в приговоре подробно опровергнуты доводы стороны защиты об отсутствии ясности в происхождении суммы 117 284 844,69 рублей в заключении эксперта, с указанием о том, что эксперт руководствовался книгами покупок и книгами продаж, при этом, из пояснений эксперта Л.А. следует, что сумма неисчисленного НДС не может быть идентична сумме налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям с организациями-контрагентами, поскольку расчет неисчисленного НДС производился по книгам покупок и продаж, которые не соответствуют налоговым декларациям, и сумма образовалась за счет искажения налоговых регистров организации.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание пояснения представителя гражданского истца Ф.В. по данному вопросу, согласно которым сумма 117 284 844,69 руб. обусловлена завышением вычетов по НДС, указанных в налоговых декларациях, по сравнению с вычетами, указанными в книге покупок. При этом при проведении расчётов экспертом сначала определена сумма НДС, подлежащая оплате в бюджет на основании книг покупок и продаж, затем она уменьшена в связи с исключением счетов-фактур спорных контрагентов, дополнительное начисление налога произведено при сравнении полученной суммы НДС и суммы НДС, подлежащей уплате по данным деклараций налогоплательщика.

Доводы защиты о необходимости назначения по уголовному делу повторной экспертизы, как высказанные в суде первой инстанции, так и высказанные в суде апелляционной инстанции, в том числе в связи с допросом в судебном заседании эксперта Л.И., как и доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что при производстве экспертизы не было учтено отсутствие у ООО «Ленанефтегаз» своего имущества для осуществления производственной деятельности, что исключало возможность получения юридическим лицом прибыли, включенной в доход для целей налогообложения и НДС, судебной коллегией расцениваются как несостоятельные.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что эффективность экономической деятельности ООО «Ленанефтегаз», вопросы о достоверности хозяйственных операций являются правовыми, не входят в компетенцию эксперта, который в рамках уголовного судопроизводства не имеет права оценивать реальность сделок, а для установления факта уклонения от уплаты налогов с организации необходимо проверить обоснованность расходов налогоплательщика, что и было сделано, в том числе, в рамках проведенной налоговой проверки.

Фактически доводы стороны защиты, высказанные в суде апелляционной инстанции, сводятся к необходимости производства по уголовному делу финансово-экономической экспертизы, с другим предметом исследования, исходя из иной налоговой базы, что не является предметом исследования и оценки по данному уголовному делу, исходя из объема предъявленного М-ву К.А. обвинения.

Не может также согласиться судебная коллегия с доводами стороны защиты о необходимости учёта проведенной процедуры банкротства ООО «Ленанефтегаз», поскольку сам факт установления каких-либо поступлений в бюджет в результате данной процедуры не может свидетельствовать об изменении объёма предъявленного М-ву К.А. обвинения в части уклонения от уплаты налогов в конкретный период времени.

Действия осужденного М-ва К.А. суд правильно квалифицировал по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ как уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере (в редакции Федерального Закона от ДД.ММ.ГГГГ).
    
Данное уголовное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Как видно из протокола судебного заседания все ходатайства, заявленные стороной защиты и стороной обвинения, рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в установленном порядке с принятием мотивированных решений. Из материалов дела видно, что те ходатайства, которые судом признаны обоснованными, удовлетворены в полном объеме либо частично, а иные ходатайства также правомерно отклонены судом. Необоснованных отказов в исследовании представленных стороной защиты доказательств не было. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, вопреки доводам жалоб, не усматривается.
    
Материалы уголовного дела не дают оснований для вывода о том, что суд в нарушение требований ст. 15 УПК РФ выступил на стороне обвинения, напротив, из материалов дела усматривается, что суд создал сторонам необходимые условия для исполнения ими своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, при этом ни сторона обвинения, ни сторона защиты не были ущемлены в правах.
    
Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего – С.А. о необоснованности частичного удовлетворения судом заявленных исковых требований, судебная коллегия полагает, что судом принято правильное решение о частичном удовлетворении заявленных требований, а именно о взыскании с осужденного в пользу Российской Федерации причиненного ущерба в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость в сумме 238 086 760 рублей, с отказом в удовлетворении остальной части заявленных требований.
    
При этом судебная коллегия учитывает, что, согласно ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, изменение которого допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.
    
Данное требование распространяется в том числе и на рассмотрение судом заявленного гражданского иска, сумма которого, применительно к размеру возмещения материального ущерба, не может быть заявлена к взысканию в размере большем, чем указано в обвинительном заключении.
    
С учетом изложенного, заявленные представителем потерпевшего исковые требования о взыскании с осужденного неуплаченной пени и о взыскании с него иных видов неуплаченных налогов, вина М-ва К.А. в уклонении от уплаты которых не устанавливалась судом, не подлежат удовлетворению с учётом положений действующего законодательства.
    
Ссылки стороны защиты на то, что налоговый орган не может обращаться с гражданским иском о возмещении вреда в интересах государства, поскольку данным правом в силу своих полномочий наделен лишь прокурор, а также ссылки адвоката Коптевой Н.П., высказанные в суде апелляционной инстанции о несоблюдении в том числе принципа территориальности при обращении с иском, поскольку в дальнейшем юридическое лицо изменило место своей регистрации на территорию другого субъекта РФ, судебной коллегией во внимание не принимаются.

Налоговые органы, как следует из статьи 30 Налогового кодекса Российской Федерации, составляют единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты в бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов, страховых взносов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты в бюджетную систему Российской Федерации иных обязательных платежей.

В лице налоговых органов государство осуществляет контроль за исполнением налогоплательщиками своих обязанностей по уплате налогов и сборов в бюджеты бюджетной системы Российской Федерации и в этих целях наделяет их полномочиями предъявлять в суды требования, обеспечивающие поступление налогов в бюджет (подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, пункт 11 статьи 7 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации").

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, отношения между публично-правовым образованием и физическим лицом, совершившим налоговое преступление, по поводу возмещения вреда, причиненного бюджету публично-правового образования в результате неуплаты налогов организацией-налогоплательщиком, являются не налогово-правовыми, а гражданско-правовыми. При предъявлении такого рода исков органы Федеральной налоговой службы выступают, по сути, в качестве представителя интересов соответствующего публично-правового образования, лишившегося имущества в размере налоговых платежей, которые не поступили в бюджет в результате неправомерных действий физического лица.

Данный подход разделяется Верховным Судом Российской Федерации, который, реализуя предоставленное ему статьей 126 Конституции Российской Федерации право давать разъяснения по вопросам судебной практики, также пришел к выводу, что истцами по предъявленному гражданскому иску могут выступать налоговые органы (пункт 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации) или органы прокуратуры (часть третья статьи 44 УПК Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 64).

Таким образом, согласно изложенной правовой позиции Конституционного суда РФ, статья 31 Налогового кодекса Российской Федерации, рассматриваемая в системе действующего законодательства, не исключает наличия у налоговых органов правомочия по обращению в суд от имени публично-правового образования с иском к физическим лицам, привлекаемым к ответственности за совершение налоговых преступлений, о возмещении вреда, причиненного их противоправными действиями публично-правовому образованию, что соответствует требованиям Конституции Российской Федерации.
    
Доводы осужденного об истечении срока исковой давности были предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно им отвергнуты как необоснованные.

Как правильно указано судом, трехгодичный срок исковой давности, исчисляемый с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с того момента, когда гражданскому истцу стало известно лицо, привлекаемое к ответственности за совершение уклонения от уплаты налогов с ООО «Ленанефтегаз», а именно М-в К.А., до дня обращения гражданского истца с исковым заявлением в суд – ДД.ММ.ГГГГ, не истёк.

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты о том, что взыскание не уплаченных налогов за счет личных средств осужденного противоречит закону, основаны на неправильном толковании норм права, поскольку взысканная судом с осужденного сумма представляет собой не сумму неуплаченного юридическим лицом налога, а именно сумму ущерба, который был причинен бюджету преступными действиями осужденного вследствие неуплаты налогов юридическим лицом.

Таким образом, судом удовлетворены исковые требования, обращенные к осужденному не как к налогоплательщику, не полностью уплатившему налог, а как к лицу, действиями которого был причинен вред, поскольку совершение именно данных действий повлекло за собой причинение ущерба государству.

При этом, при разрешении исковых требований, вопреки доводам адвоката Коптевой Н.П., суд мотивировал свои выводы относительно взыскания и размера взыскиваемой суммы ущерба именно с М-ва К.А., указав об отсутствии оснований для освобождения последнего от возмещения ущерба.
    
Наказание М-ву К.А. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

При назначении наказания судом принято во внимание наличие смягчающих обстоятельств (совершение преступления впервые, наличие тяжелых заболеваний), отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Кроме того, судом учтено, что М-в К.А. является инвалидом третьей группы, нуждается в лечении, на протяжении длительного времени успешно трудился в нефтегазодобывающей отрасли, имеет многочисленные награды, звания, представлен к награждению Высшим орденом общественного признания «Почетный гражданин России».

С учётом обстоятельств дела и личности М-ва К.А., суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы с учетом требований ст. 73 УК РФ.

При этом суд правильно указал о невозможности применения при назначении наказания ст.64 УК РФ, в связи с отсутствием исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного и его поведением, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а также об отсутствии оснований для применения в отношении осужденного положений ч.6 ст.15 УК РФ, учитывая степень общественной опасности содеянного и фактические обстоятельства преступления.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению.
    
Как правильно указано адвокатом Коптевой Н.П. в своей апелляционной жалобе, М-в К.А. признан виновным в преступлении, совершенном до дня вступления в законную силу Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ «Об объявлении амнистии в связи со 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Согласно пункту 9 настоящего Постановления по уголовным делам о преступлениях, которые совершены до дня вступления в силу настоящего Постановления, суд, если признает необходимым назначить наказание условно, назначить наказание, не связанное с лишением свободы, либо применить отсрочку отбывания наказания, освобождает указанных лиц от наказания.

Согласно пункту 12 настоящего Постановления, судимость с лиц, освобожденных от наказания на основании в том числе пункта 9 настоящего Постановления, подлежит снятию с осужденного.

Однако, указанные обстоятельства не были приняты во внимание судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, преступление М-в К.А. совершил до принятия Акта об амнистии, наказание осужденному назначено в виде двух лет лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, с установлением испытательного срока в год и шесть месяцев.
    
Обстоятельств, препятствующих применению акта об амнистии в отношении М-ва К.А., указанных в п. 13 Постановления, в судебном заседании не установлено.

Учитывая изложенные обстоятельства, приговор суда подлежит изменению, осужденный освобождению от назначенного наказания, со снятием с него судимости, вследствие акта об амнистии.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или внесение иных изменений в приговор, из материалов уголовного дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л а:

приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении М-ва К. А. изменить.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» М-ва К. А. освободить от назначенного наказания.

На основании пункта 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» снять судимость с М-ва К. А..

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя потерпевшего – начальника ИФНС по <адрес> С.А., осужденного М-ва К.А., адвоката Плевина А.И., оставить без удовлетворения, апелляционную жалобу адвоката Коптевой Н.С. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в кассационную инстанцию Новосибирского областного суда.

Источник
 
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Облако тегов
  • Читаемое
Формула защиты