Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать
 

Отсутствие доказательств, неуказание конкретных действий привели следствие к объективному вменению прямого умысла, что по Постановлению КС РФ от 27.05.2003 №9-П недопустимо. Апелляционное определение Тверского областного суда от 12.03.2019 №22-357/19

Судебная коллегия по уголовным делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Конина В.И., судей Бычковой Н.А., Воронцова В.А., при секретаре Петросян А.А., Кожемякиной О.А., с участием прокурора Масленникова Е.В., оправданных Рус-вой Т.В., Шус-вой С.М., защитников адвокатов Иванова В.А., Калинина Д.В., Нефедченкова В.А., рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя на приговор Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 14 декабря 2018 года, которым: Рус-ва ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в городе <данные изъяты>, гражданка <данные изъяты>, Шус-ва ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка <данные изъяты> оправданы по предъявленному им обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а» «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии подсудимых состава преступления.

Избранная в отношении ФИО1 и ФИО2 на предварительном следствии мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменена.

Признано за Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. право на реабилитацию в порядке ст. ст. 133 - 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснено им, что вопрос о возмещении имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, разрешается судом, указанным в ч. 2 ст. 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в порядке ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а вопрос о компенсации морального вреда - в порядке гражданского судопроизводства.

Определена судьба вещественных доказательств.

В удовлетворении гражданского иска, заявленного прокурором в порядке ч.3 ст. 44 УПК РФ о взыскании с Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. в солидарном порядке ущерба причиненного преступлением - отказано.

Заслушав доклад судьи Конина В.И., мнение прокурора Масленникова Е.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение адвоката Иванова В.А., адвоката Калинина Д.В., адвоката Нефедченкова В.А., оправданных Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. считавшие необходимым приговор суда оставить без изменений, а апелляционное представление без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

органами предварительного следствия Рус-ва Т.В. и Шус-ва С.М. обвинялись в уклонении от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Приговором Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 14 декабря 2018 года Рус-ва Т.В. и Шус-ва С.М., оправданы по предъявленному им обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а» «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии подсудимых состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО12 просит приговор суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей. В обоснование доводов указал, что приговор подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также неправильным применением уголовного закона.

Ссылаясь на ст. 297 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 № 55 «О судебном приговоре» считает, что исследованными в судебном заседании и отраженными в приговоре решениями Арбитражных судов первой (от 26.01.2017 и от 09.03.2017), апелляционной (от 05.05.2017 и от 06.06.2017), кассационной (от 04.09.2017) инстанций (л.д. 73,74,76) достоверно установлено отсутствие финансово-хозяйственной деятельности между ООО «КПД «Удомля-1» и спорными контрагентами ООО «Стройтех», ООО «Стройкомплект», ООО «Паритет», а также фиктивность документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде незаконного применения вычетов по НДС.

Материалами, исследованными судом, подтверждается, что данные взаимоотношения не преследовали цели осуществления предпринимательской деятельности, а заключены с намерением создания условий для неосновательного увеличения налогоплательщиком налоговых вычетов. В документации о приемке товаров на склад подпись лица принимающего товар выполнена не им.

Ссылаясь на показания свидетелей ФИО46, ФИО13, Фомина A.M., ФИО14, ФИО36, ФИО47, ФИО48. Алексеева B.C., ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 ФИО22. ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26,  ФИО27, ФИО28, ФИО29, указывает, что последним, как работникам ООО «КПД Удомля-1», такие организации как ООО «Стройтех», «Стройкомплект» и «Паритет», не известны.

В части взаимоотношений с ООО «Паритет» судом фактически не дана оценка договорам, заключенным с ООО «КПД «Удомля-1» от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, из которых следует, что количество, ассортимент, цены и сроки оплаты ТМЦ согласовываются в спецификациях. Однако, указанные документы ООО «КПД «Удомля-1» не предъявлены. Согласно условиям договора от ДД.ММ.ГГГГ № приемка товара оформляется подписанием счета-фактуры и товарно-транспортной накладной, которые также отсутствуют.

Хозяйственные отношения ООО «КПД «Удомля-1» и ООО «Паритет» оформлены только за 4-й квартал 2015 года, менее чем через 3 месяца после создания организации, поставленный товар контрагентом не оплачен, при этом каких-либо действий, направленных на ее взыскание ООО «Паритет» не предпринято, а якобы понесенные расходы указаны в налоговой декларации. Данные обстоятельства, в свою очередь, также свидетельствует о фиктивном документообороте и отсутствии реальных финансово-хозяйственных отношений между сторонами.

Полагает, что согласно занимаемой должности Рус-ва Т.В. была осведомлена о заключенных фиктивных договорах и отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности с ООО «Стройтех», ООО «Стройкомплект» и ООО «Паритет», что свидетельствует об умысле последней на совершение инкриминируемого деяния и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

В свою очередь, поскольку обязанность по ведению надлежащего бухгалтерского учета, в том числе обеспечению законности, своевременности и правильности оформления документов, начислению налогов и сборов в бюджеты всех уровней, составлению бухгалтерской и налоговой отчетности и её представлению в установленном порядке в налоговые органы в ООО «КПД «Удомля-1»Рус-войТ.В. была возложена на бухгалтерскую службу как структурное подразделение, возглавляемое главным бухгалтером Шус-вой СМ., участие последней в задуманном преступлении требовалось для непосредственного внесения данных о несуществующих хозяйственных операциях, размере якобы понесенных расходов и примененных налоговых вычетов в бухгалтерский учет ООО «КПД «Удомля-1», последующего включения соответствующих заведомо ложных сведений в налоговые декларации по НДС и налогу на прибыль, их представления в налоговый орган.

Из акта налоговой проверки, исследованного в судебном заседании, достоверно установлено транзитное движение денежных средств на расчетных счетах контрагентов; поступавшие от ООО «КПД «Удомля-1» денежные средства перечислялись контрагентами на расчетные счета организаций, имеющих признаки «фирм-однодневок» (ООО «Брокстрой», ООО «Деним», ООО «Интерстройтрейд», ООО «Легион», ООО «Приоритет», ООО «Создатель», ООО «Сити-Строй»). Кроме того, расчеты с ООО «Стройтех» за выполненные работы Общество осуществляло с использованием простых векселей Сбербанка России. В проверяемом периоде Общество приобрело <данные изъяты> векселей на общую сумму <данные изъяты>. В результате анализа информации, полученной от Тверского отделения Сбербанка №, установлено, что векселя предъявили к оплате ООО «Русстрой» и ООО «Атомэлектромонтаж», являющееся взаимозависимыми с ООО «КПД «Удомля-1».

Также судом должным образом не учтено, что векселя, якобы переданные по акту приема-передачи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ в качестве оплаты по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО «Стройтех», были приобретены ООО «КПД «Удомля-1» в Отделении <данные изъяты> Сбербанка и предъявлены к оплате в банк двумя взаимозависимыми и подконтрольными организациями: ООО «Русстрой» в лице ФИО2 (главный бухгалтер ООО «КПД «Удомля-1»); ООО «Атомэлектромонтаж» в лице ФИО30 (заместителя главного бухгалтера ООО «КПД «Удомля-1»). В последующем большая часть денежных средств, поступившая в результате погашения векселей, «вернулась» в ООО «КПД «Удомля-1» в качестве оплаты по счетам, выдачи займов взаимозависимым лицом.

Вместе с тем отмечает, что факт передачи данных векселей в качестве оплаты ООО «Стройтех» опровергается показаниями свидетелей ФИО31, свидетеля ФИО25

Ссылаясь на показания свидетеля ФИО32 отмечает, что отчетностью по налогу на добавленную стоимость ООО «КПД «Удомля-1» всегда занималась ФИО2 В налоговые декларации ООО «КПД «Удомля-1» данные вносились только по согласованию с ФИО1, она лично проверяла отраженные в декларациях сведения, налоговые декларации подписывались ФИО1 цифровой электронной подписью, после чего посредством телекоммуникационных каналов связи направлялись в налоговый орган.

Полагает, что приведенные доказательства, однозначно доказывают, что ФИО2 в силу занимаемой должности, как главный бухгалтер ООО «КПД «Удомля-1», которое являлось первоначальным покупателем спорных векселей, и учредитель ООО «Русстрой», куда якобы эти же векселя поступили от ФИО25, не могла не знать о фиктивности всех этих документально оформленных операций.

Считает, что поскольку договор займа между ООО «КПД «Удомля-1» и ООО «Русстрой» на <данные изъяты> рублей подписан ФИО1, сомнений в её осведомленности в фиктивности взаимоотношений между спорными контрагентами не вызывает.

Кроме того, указывает, что судом неверно дана оценка акту налоговой проверки № от ДД.ММ.ГГГГ в части времени возникновения хозяйственных отношений ООО КПД «Удомля-1» и ООО «Стройтех», а следовательно, и неправильно сделан вывод о времени возникновении умысла ФИО2

Также отмечает, что выводы суда о наличие у спорных контрагентов необходимого оборудования для производства работ для сварки труб большого диаметра, а также сварщиков, имеющих удостоверение НАКС, не соответствуют обстоятельствам, установленным в судебном заседании, из которых следует, что у ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» рабочего персонала и какого-либо имущества не имелось.

Считает, что изложенные обстоятельства в совокупности с иными доказательствами, собранными по уголовному делу и исследованными в ходе судебного разбирательства, неопровержимо доказывают вину ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ.

Далее, ссылаясь на положение ч.3 ст.86 УПК РФ, указывает, что доказательства, представленные стороной защиты, получены с грубыми нарушениями закона и не могут быть положены в основу выводов суда о невиновности подсудимых.

Полагает, что в силу ч. 1 ст. 195 и п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 198 УПК РФ, только следователь наделен полномочиями принимать решение о назначении экспертизы, формулировать перечень вопросов для экспертов и определять круг материалов, предоставляемых для производства экспертизы.

В нарушение указанных требований следователем приобщено, а судом признано в качестве доказательства по делу полученное самостоятельно стороной защиты заключение экспертизы ООО «Центр оценки» № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное экспертом ФИО33

Помимо этого, в нарушение данных норм закона непосредственно в судебном заседании защитником ФИО3 Д.В. представлены, а судом приобщены к материалам уголовного дела и приняты в качестве доказательств:
- заключение № от ДД.ММ.ГГГГ с дополнительным заключением №ДЗ от ДД.ММ.ГГГГ, также выполненные экспертом ООО «Центр оценки» ФИО33;
- заключения специалиста №, 2003 соответственно от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные АНО «Тверской центр технических экспертиз»;
- заключение специалиста ООО «Атлант - Аудит Безродновой» от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, судом при признании в качестве доказательств заключений экспертов грубо нарушены требования статьи 283 УПК РФ, определяющей порядок производства судебной экспертизы.

При этом, в обоснование недоказанности вины подсудимых суд в приговоре указал, что выводы, проведенных в рамках уголовно-процессуального законодательства, почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и судебной строительно-технической экспертизы противоречат вышеуказанным исследованиям стороны защиты.

Однако судом, при наличии явных противоречий в предоставленных сторонами исследованиях, с целью их устранения и дальнейшей оценки указанных доказательств, по собственной инициативе дополнительная экспертиза не назначена и не проведена.

В нарушение ч. 3 ст. 80 УПК РФ сторона обвинения не имела возможности поставить перед специалистом какие-либо вопросы, поскольку заключение стороной защиты было представлено в суд в готовом виде.

Тем самым судом грубо нарушен принцип состязательности сторон, предусмотренный ч. 1 ст. 15 УПК РФ.

Частью 1 статьи 75 УПК РФ определено, что доказательства, полученные с нарушением требований настоящего кодекса, являются недопустимыми и не имеют юридической силы.

При этом, представленные стороной защиты исследования и заключения не могут признаваться в качестве доказательств, поскольку получены в нарушение норм уголовно-процессуального законодательства. Так, при их составлении эксперты (специалист) об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ не предупреждались, с материалами уголовного в полном объеме ознакомлены не были, а сделали заключения, только основываясь на тех документах, которые им были представлены в копиях стороной защиты.

По смыслу ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится дознавателем, следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Ссылаясь на ч. 1 ст. 88 УПК РФ, п. 6 постановления Пленума ВС РФ «О судебном приговоре» считает, что судом при вынесении приговора в основу оправдания Рус-вой Т.В. и Шус-вой СМ. доказательства положены избирательно, лишь в той части, которая ставит под сомнение предъявленное им обвинение. Оценка доказательствам в их совокупности судом не дана.

Далее, ссылаясь на содержание п. 23 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления» и ст. 90 УПК РФ, отмечает, что, не оспаривая выводы суда, что принятые решения арбитражных судов, приведенные в обвинительном заключении, не содержат в себе сведений об уголовно-правовой виновности Рус-вой Т.В. и Шус-вой СМ., тем не менее в приговоре неправильно определены обстоятельства, установленные решениями арбитражных судов.

Так, судом указано, что анализ принятых решений арбитражных судов, с учетом предмета спора, свидетельствует лишь об оспаривании решения налогового органа, принятого по результатам выездной налоговой проверки конкретного налогоплательщика, каковым являлось ООО «КПД «Удомля-1».

Фактически же решениями Арбитражного суда Тверской области от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ подтверждена законность и обоснованность решений налогового органа - Межрайонной ИФНС России № по Тверской области № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «КПД «Удомля-1», а соответственно и правильность фактических обстоятельств, установленных в ходе проведения налоговых проверок в отношении указанного субъекта хозяйственной деятельности (акты налоговых проверок указанного налогового органа № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ).

Решения Арбитражного суда Тверской области оставлены без изменения судами вышестоящих инстанций и вступили в законную силу (том №, л.д. 228-245, том №, л.д. 85-89, 53-60, 62-72, 90-97). В силу указанных решений арбитражных судов, вступивших в законную силу и признанных судом доказательством по делу, вывод суда о недостоверности актов налоговой проверки № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которых согласно п. 7 ст. 101 НК РФ были соответственно приняты решения № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к налоговой ответственности ООО «КПД «Удомля-1», сделан с превышением полномочий и грубым нарушением требований статьи 90 УПК РФ.

Кроме того, фактические обстоятельства, установленные в указанных актах налоговых проверок, исходя из решений арбитражных судов, подтвердивших их правильность и имеющих силу преюдиции, должны признаваться судом без дополнительной проверки.

Однако судом это правило, предусмотренное законом, грубо нарушено, о чём свидетельствуют данные, согласно которым судом с использованием письменных доказательств, представленных стороной защиты и являющихся, по мнению стороны обвинения, недопустимыми, дана иная, вступающая в противоречие с решениями арбитражных судов, правовая оценка фактическим обстоятельствам, установленным актами налоговых проверок.

Одновременно, как доказательства, свидетельствующие о выполнении работ субподрядными организациями ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект», в основу приговора положены противоречивые показания свидетелей ФИО41, ФИО34, ФИО42, ФИО35, ФИО44, которые ФИО62ФИО65 ФИО66 ФИО38, ФИО17, ФИО18, ФИО19, а также другим материалам уголовного дела, подтверждающими отсутствие реальных финансово-хозяйственных отношений с указанными организациями

В нарушении ч.2 ст.305 УПК РФ суд использовал в оправдательном приговоре формулировки, ставящих под сомнение невиновность оправданных, указав, что ни в ходе расследования, ни в ходе судебного следствия прямых доказательств, свидетельствующих о наличии умысла на совершение уклонения от уплаты налогов с ООО «КПД «Удомля-1» в действиях подсудимых, не добыто.

Кроме того, судом в нарушение ст. 88 УПК РФ, критерием оценки достаточности разрешения уголовного дела, определено отсутствие прямых доказательств, тогда как законом предусмотрено, что каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Градация оценки доказательств, исходя из их разделения на прямые и косвенные, в уголовно-процессуальном законодательстве не содержится.

Также обращает внимание, что в нарушении п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора не изложены обстоятельства дела, установленные судом, что не позволяет с достоверностью сделать вывод об основаниях, послуживших к оправданию подсудимых Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М.

Так, судом указано, что Шус-ва СМ. и Рус-ва Т.В. подлежат оправданию за отсутствием в деянии состава преступления по п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, поскольку не подтверждена версия следственного органа, что Рус-ва Т.В. имела умысел на уклонение от уплаты налогов, а Шус-ва СМ. умышленно включала в налоговые декларации заведомо ложные сведения. В то же время, вопреки этому выводу судом в приговоре делаются и иные выводы - о непричастности подсудимых к совершению преступления, а также и об отсутствии события преступления.

Таким образом, выводы суда об основаниях оправдания подсудимых носят непоследовательный, противоречивый и взаимоисключающий характер, что не отвечает требованиям ч. 1 ст. 297 УПК РФ, в соответствии с которой приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.

Судом допущено грубое нарушение при применении уголовного закона. Суд пришел к выводу, что в действиях обвиняемых усматриваются признаки налогового правонарушения. При этом, судом не принято во внимание примечание 1 к статье 199 УК РФ, устанавливающее критерием разграничения налогового правонарушения от преступления размер суммы неуплаченных налогов.

Уголовным законом выделяется крупный и особо крупный размер. Для того, чтобы установить факт совершения налогового правонарушения, а не налогового преступления, суду необходимо было установить размер неуплаченных налогов в меньшем размере, чем это установлено примечанием 1 к статье 199 УК РФ.

Однако такие обстоятельства судом установлены не были, а следовательно вывод о совершении налогового правонарушения, а не налогового преступления, не основан на требованиях уголовного закона.

Ссылаясь на положение п.3 ст.32 НК РФ, считает, что судом не приняты во внимание и положения Налогового кодекса РФ, разграничивающие правоотношения, возникающие в связи с совершением налогового правонарушения и уголовно наказуемого деяния, ответственность за совершение которого предусмотрена УК РФ.

Вышеуказанные нарушения являются основаниями для отмены обжалуемого приговора в апелляционном порядке.

Просит оправдательный приговор суда отменить и дело направить на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционное представление адвокат ФИО39 указал, что доводы апелляционного представления об отмене приговора от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Рус-вой ТВ и Шус-вой СМ. в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также неправильным применением уголовного закона при рассмотрении уголовного дела не состоятельными и не могут быть приняты во внимание, поскольку судом в приговоре дана верная оценка исследованным в судебном заседании доказательствам, представленным стороной обвинения и стороной защиты.

Полагает, что вывод суда о том, что на стадии предварительного следствия по уголовному делу не собрано, а государственным обвинителем суду не представлено убедительных доказательств, с достаточной полнотой свидетельствующих о том, что Шус-ва СМ. причастна к совершению преступления, либо в ее действиях наличествует состав преступления, предусмотренный п. п. «а, б» ч.2 ст. 199 УК РФ.

Оценка состоявшихся судебных решений арбитражных судов по своему содержанию не содержит в себе сведений о виновности главного бухгалтера Шус-вой СМ. в совершении уголовно-наказуемого деяния, а с учетом предмета спора свидетельствует об оспаривании решений налогового органа, принятого по результатам выездной налоговой проверки налогоплательщика ООО «КПД Удомля-1», в связи с выявленным налоговым правонарушением. То обстоятельство, что решение налогового органа подлежало проверке арбитражными судами, решения которых приведены в обвинительном заключении, не свидетельствует о доказанности наличия умысла Шус-вой СМ. на совершение налогового преступления и не может являться в силу разъяснений, содержащихся в постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ЗОП и Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ, преюдициальным для доказанности ее вины.

Кроме того, ссылаясь на показания свидетелей ФИО67 и ФИО40, отмечает, что фиктивность контрагентов ООО «Стройтех» и ООО «Стройкомплект» формально установлена не была. Указанные хозяйствующие субъекты, а также ООО «Паритет» являлись действующими юридическими лицами, осуществляли налоговую отчетность, применительно к ООО «Паритет» имеются сведения об отражении финансовых операций с ООО «КПД Удомля-1». Все указанные организации имели правоспособность и были включены в ЕГРЮЛ. Более того, факт производства работ на строительстве Балтийской АЭС ООО «Стройтех» и ООО «Стройкомплект» подтвердили в суде свидетели ФИО41. ФИО34, ФИО42, ФИО43, ФИО44

Также отмечает, что свидетели ФИО45, ФИО15, ФИО68 ФИО46, ФИО47, ФИО48 подтвердили отсутствие у ООО «КПД Удомля-1» возможности выполнить весь объем работы на Балтийской АЭС своими силами.

Указание на противоречивость показаний ряда свидетелей, допрошенных в судебном заседании, а также оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей относительно реальности финансово-экономических отношений с ООО «Стройтех», ООО «Стройкомлект» не соответствует результатам объективной оценки осведомленности конкретных лиц о хозяйственной деятельности какого-либо субъекта предпринимательской деятельности.

Также указывает, что доводы о совершении действий с векселями Сбербанка ООО «Русстрой» в лице Шус-вой СМ. не соответствуют действительности, поскольку Шус-ва СМ. не являлась руководителем ООО «Русстрой» и договор займа не заключала и не подписывала.

Кроме того сторона защиты не согласна с выводами апелляционного представления о подконтрольности ООО «Русстрой» - Рус-вой Т.Е., поскольку это опровергается показаниями свидетеля ФИО50, которая по собственной воле создала данную организацию и лишь затем продала ее ФИО2, иных доказательств отсутствия самостоятельности хозяйственной деятельности ООО «Русстрой» обвинением суду не представлено.

Также отмечает, что приведенные в апелляционном представлении показания свидетеля ФИО32 не соответствуют показаниям, данным свидетелем в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, а именно относительно составления бухгалтерской отчетности и порядка ее предоставления в налоговый орган. ФИО50 подобных показаний не давала, а её показания, данные на предварительном следствии, судом не оглашались, в связи с отсутствием ходатайства сторон обвинения и защиты и следовательно не исследовались в судебном заседании.

Не содержится каких-либо сведений относительно ведения расчетов векселями Сбербанка с ООО «Стройтех» в показаниях, данных в судебном заседании свидетелем ФИО51, в связи с чем, ссылка на такие показания в апелляционном представлении безосновательна. Показания свидетеля ФИО31 данные на предварительном следствии, судом не оглашались, в связи с отсутствием ходатайства сторон обвинения и защиты и следовательно не исследовались в судебном заседании.

Далее отмечает, что приведенная судом в приговоре оценка доказательства стороны обвинения - акта налоговой проверки № от ДД.ММ.ГГГГобъективно подтверждает наличие хозяйственных отношений между ООО «КПД Удомля -1» и ООО «Сройтех» до временного периода совершения преступления, инкриминируемого Шус-вой СМ. Данное обстоятельство прямо свидетельствует о противоречиях предъявленного Шус-вой СМ. обвинения о возникновении хозяйственных отношений с ООО «Стройтех» только и именно в период нахождения Шус-вой СМ. с ДД.ММ.ГГГГ в должности главного бухгалтера.

Указание в апелляционном представлении о нарушениях, допущенных следователем в части приобщения заключения экспертизы ООО «Центр оценки» № выполненное экспертом ФИО33 исследовано путем оглашения в судебном заседании при отсутствии возражений государственного обвинителя. Полагает, что процессуальные действия суда и отсутствие возражений со стороны прокурора, участвующего в рассмотрении уголовного дела, придали указанному заключению эксперта статус доказательства по уголовному делу с точки зрения его относимости и допустимости. Ходатайство о признании данного доказательства недопустимым не заявлено государственным обвинителем в ходе судебного следствия по уголовному делу, а также в ходе прений сторон, а поэтому считает, что нарушений норм процессуального закона судом не допущено.

Приобщение к материалам уголовного дела заключения № отДД.ММ.ГГГГ и дополнительного заключения <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ,
выполненные экспертом ООО «Центр оценки» ФИО33 осуществлено на основании ходатайства стороны защиты при отсутствии возражений государственного обвинителя. Ходатайство о признании указанных доказательств недопустимыми не заявлено государственным обвинителем в ходе судебного следствия по уголовному делу, а также в ходе прений сторон. Нарушений норм процессуального закона судом не допущено.

Заключение специалиста № и № от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно, выполненные АНО «Тверской центр технических экспертиз» и касающиеся производства и выводов почерковедческой экспертизы экспертом ФИО52, заключение специалиста ООО «АТЛАНТ-АУДИТ» ФИО55 от ДД.ММ.ГГГГ представленные в суд стороной защиты приобщены к материалам уголовного дела и оглашены в судебном заседании при отсутствии возражений государственного обвинителя.

Далее указывает, что отсутствие возражений государственного обвинителя в вышеназванных случаях рассмотрения вопросов о дополнении материалов уголовного дела доказательствами, представленными стороной защиты, полностью соответствуют процессуальным нормам разрешения таких ходатайств судом в ходе судебного производства по уголовному делу, а свое фактическое согласие с исследованием и выводами специалистов в вышеназванных письменных доказательствах государственный обвинитель выразил в форме отсутствия заявленных суду ходатайств о производстве дополнительных экспертиз.

Кроме того, отмечает, что описательно-мотивировочная и резолютивная части оправдательного приговора идентичны относительно выводов суда об отсутствии в деянии ФИО2 состава преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч.2 ст. 199 УК РФ. Данное основание для постановления оправдательного приговора предусмотрено п. 3 ч,2 ст. 302 УПК РФ.

Просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.
Указанные требования закона судом первой инстанции были выполнены в полной мере.

Оправдывая Рус-ву Т.В. и Шус-ву С.М. суд первой инстанции обоснованно указал, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимых в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

При этом наличие неустранимых противоречий и сомнений в исследованных доказательствах, исходя из принципа презумпции невиновности, закрепленного в ст. 49 Конституции РФ и в ст. 14 УПК РФ, суд правильно истолковал в пользу подсудимых.

Вопреки доводам апелляционного представления, оправдывая Рус-ву Т.В. и Шус-ву СМ. по предъявленному обвинению, суд выполнил все требования, предусмотренные ст.305 УПК РФ и указал существо предъявленного им обвинения, изложил обстоятельства дела, установленные в судебном заседании, указал основания оправдания и доказательства, подтверждающие наличие этих оснований, а также привел мотивы, по которым отверг одни доказательства и положил в основу приговора другие доказательства.

На основании полного и всестороннего исследования в судебном заседании представленных по делу доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии объективных данных, свидетельствующих о виновности Рус-вой Т.В. и Шус-вой СМ. в совершении инкриминируемого им преступления.

В обжалуемом приговоре суда приведен подробный анализ всех доказательств. При этом все собранные по делу доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Правильность, объективность и полнота оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в обжалуемом приговоре, у судебной коллегии сомнений не вызывает, а поэтому доводы апелляционного представления о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенном нарушении уголовно-процессуального закона и неправильном применением норм уголовного закона, по мнению судебной коллегии являются несостоятельными и подлежащими отклонению в силу их не соответствия содержанию приговора и приведенным в нем доказательствам.

Ссылка государственного обвинителя на акты и решения налогового органа, решения арбитражных судов как на неопровержимые и не требующие в силу ст.90 УПК РФ дополнительной проверки доказательства виновности Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. в предъявленном им обвинении, не основаны на законе и подлежат отклонению.

Так, в соответствии с правовой позицией Конституционного суда РФ, изложенной в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-№ «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО53 и ФИО54» и правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 23 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», при рассмотрении уголовных дел о налоговых преступлениях судам необходимо учитывать вступившие в законную силу решения арбитражных судов, судов общей юрисдикции, а также другие решения, постановленные в порядке гражданского судопроизводства, имеющие значение по делу. Однако, такие решения подлежат оценке в совокупности с иными собранными доказательствами по правилам статьи 88 УПК РФ.

Фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, разрешившим дело по существу в порядке гражданского судопроизводства, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности обвиняемого по уголовному делу, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах.

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что решения арбитражных судов по своему содержанию не содержат в себе сведений о виновности генерального директора Рус-вой Т.В. и главного бухгалтера Шус-вой С.М. в совершении ими уголовно-наказуемого деяния инкриминируемого обвинением, а свидетельствует лишь об оспаривании решений налогового органа, принятого по результатам выездной налоговой проверки конкретного налогоплательщика – юридического лица ООО «КПД Удомля-1», в связи с выявленным налоговым правонарушением.

Кроме того, вопреки доводам апелляционного представления, установленное актами налоговых проверок, отсутствие финансово-хозяйственной деятельности между ООО «КПД Удомля-1» и спорными контрагентами ООО «Стройтех», ООО «Стройкомплект» и ООО «Паритет», а также фиктивность документооборота между этими организациями и выявленные нарушения ведения первичного бухгалтерского учета подтверждают лишь правильность выявленного налогового правонарушения и обоснованность дополнительно начисленного налога на прибыль и налога на добавленную стоимость.

При этом судебная коллегия отмечает, что суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности органами обвинения прямого умысла Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М., направленного на умышленное уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, как не доказан и группой характер этих действий.

Ссылка государственного обвинителя на показания ряда свидетелей, которым не были известны наименования таких организаций как ООО «Стройтех», ООО «Стройкомплект» и ООО «Паритет» также не является необходимым, достаточным и бесспорным доказательством виновности Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. в совершении инкриминируемого им преступления.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что вопреки доводам апелляционного представления, допущенные в заключенных между ООО «КПД «Удомля-1» и ООО «Паритет» договорах от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, определенные неточности по количеству, ассортименту, цене и срокам оплаты ТМЦ, а также действия (бездействия) указанных юридических лиц по взысканию дебиторской и кредиторской задолженности свидетельствуют лишь о возникших гражданско-правовых отношениях между названными юридическими лицами, что само по себе не подтверждает виновность оправданных в инкриминируемом им преступлении.

Доводы стороны обвинения в апелляционном представлении о том, что в силу занимаемых должностей Рус-ва Т.В. и Шус-ва С.М. были осведомлены о заключенных фиктивных договорах и отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности с ООО «Стройтех», ООО «Стройкомплект» и ООО «Паритет», что свидетельствует о прямом умысле последних на совершение инкриминируемого им деяния и подтверждает предварительный их сговор, а также то, что расчеты с ООО «Стройтех» за выполненные работы, ООО «КПД «Удомля-1» осуществляло с использованием простых векселей Сбербанка России и через аффилированные организации были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно, со ссылкой на допустимые доказательства, были отклонены. Свои выводы в этой части суд первой инстанции мотивировал и с ними соглашается судебная коллегия.

Ссылка государственного обвинителя в апелляционном представлении на то, что актом налоговой проверки достоверно установлено транзитное движение денежных средств на расчетных счетах фирм-однодневок - ООО «Брокстрой», ООО «Деним», ООО «Интерстройтрейд», ООО «Легион», ООО «Приоритет», ООО «Создатель», ООО «Сити-Строй», поступавших от ООО «КПД «Удомля-1», не имеет юридического значения и никак не влияет на законность и обоснованность постановленного в отношении Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. оправдательного приговора.

В соответствии ст.15 УПК РФ,уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Как следует из протокола судебного заседания, суд первой инстанции вопреки доводам апелляционного представления в полной мере выполнил обязанность по обеспечению участникам судебного разбирательства необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

В связи с чем, ссылка государственного обвинителя в апелляционном представлении на показания свидетеля ФИО50 как на доказательство виновности Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. судебной коллегией не принимается, поскольку подобных показаний в ходе судебного следствия указанный свидетель не давала (т. <данные изъяты> л.д. 201-204), при этом каких-либо ходатайств по оглашению показаний названного свидетеля, данных в ходе предварительного следствия, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, ни в суде первой, ни апелляционной инстанции стороной обвинения, не заявлялось.

По этим же основаниям суд первой инстанции, оправдывая Рус-ву Т.В. и Шус-ву С.М., правильно отклонил ссылку государственного обвинителя как на доказательство - показания свидетеля ФИО30, данные ей в ходе предварительного следствия.

Доводы апелляционного представления о том, что судом первой инстанции, при наличии явных противоречий в предоставленных сторонами экспертных исследованиях, с целью их устранения и дальнейшей оценки по собственной инициативе не назначил дополнительные экспертизы, по мнению судебной коллегии, не могут служить основанием для признания обжалуемого приговора незаконным.

Вместе с тем, как следует из протоколов судебных заседаний в ходе судебного разбирательства как в суде первой, так и второй инстанций представителем государственного обвинения не было заявлено ходатайства о назначении дополнительной экспертизы с целью устранения возникших противоречий. Более того, оспариваемые стороной обвинения заключения экспертов и специалистов были приобщены судом к материалам уголовного дела по ходатайству стороны защиты и с согласия государственного обвинителя.

При этом судебная коллегия отмечает, что исходя из положений ч. 3 ст. 80, ч. ч. 2 и 3 ст. 86 УПК РФ, сторона защиты вправе получить от специалиста заключение и представить его органам расследования и суду для приобщения к материалам уголовного дела в качестве доказательства.

Согласно уголовно-процессуальному закону, заключение специалиста подлежит проверке и оценке по общим правилам (с точки зрения его компетентности, незаинтересованности в исходе дела, обоснованности высказанных суждений и т.п.), оно может быть принято судом или отвергнуто, как и любое другое доказательство.

В данном случае, представленные стороной защиты заключение № от ДД.ММ.ГГГГ с дополнительным заключением №ДЗ от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное ФИО33; заключения специалиста №, № соответственно от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные АНО «Тверской центр технических экспертиз»; заключение специалиста ООО «Атлант - Аудит Безродновой» от ДД.ММ.ГГГГ, были исследованы в судебном заседании и наряду с другими собранными по делу доказательствами им была дана оценка, с приведением мотивов, обосновывающих принятое судом решение.

Более того, специалист ФИО55 была допрошена в судебном заседании и стороны вправе были задать любые интересующие их вопросы.

Таким образом, исследовав и оценив совокупность всех собранных по делу доказательств, устранив имеющиеся противоречия, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. состава преступления, предусмотренного п.п. «а» «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, при этом судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда, не усматривает оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления, сводящихся фактически к переоценке собранных по делу доказательств, приведенных и оцененных судом в тех объемах, которые позволяли суду принять их, оценить и положить в основу приговора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления по изложенным в нем доводам.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 14 декабря 2018 года в отношении Рус-вой ФИО и Шус-вой ФИО оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя ФИО12 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Тверской областной суд в порядке главы 471 УПК РФ.



Приговор от 14.12.2018

Вышневолоцкий городской суд Тверской области в составе председательствующего судьи Лякишева В.В., при секретаре Короткой И.Б., с участием государственных обвинителей – старшего помощника прокурора Вышневолоцкой межрайонной прокуратуры Тверской области Румянцевой А.А., помощников прокурора Вышневолоцкой межрайонной прокуратуры Тверской области Игнатьевой М.Р., Тойлова И.С., подсудимых и гражданских ответчиков Рус-вой Т.В., Шус-вой С.М., защитников – адвокатов Иванова В.А., Калинина Д.В., Нефедченкова В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении: Рус-вой Татьяны Викторовны, родившейся <дата> в <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, ранее не судимой, под стражей по настоящему уголовному делу не содержавшейся, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а, б» ч.2 ст.199 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ), Шус-вой Светланы Михайловны, родившейся <дата> в <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, ранее не судимой, содержавшейся под стражей по настоящему уголовному делу с 21 ноября 2017 года до 26 ноября 2017 года, под домашним арестом с 26 ноября 2017 года по 05 февраля 2018 года, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а, б» ч.2 ст.199 УК РФ,

установил:

Органами предварительного следствия Рус-ва Т.В. и Шус-ва С.М. обвиняются в том, что совершили уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

***

Допросив подсудимых, свидетелей, эксперта и специалиста, исследовав письменные доказательства по уголовному делу, в том числе, заключения специалистов, эксперта, приобщенных со стороны защиты в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, суд с учетом требования всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом и совестью, приходит к выводу о том, что органом предварительного следствия по делу не собрано, а государственным обвинителем суду не представлено убедительных доказательств, с достаточной полнотой свидетельствующих о том, что Рус-ва Т.В. и Шус-ва С.М. причастны, к совершению преступления, либо в их действиях наличествует состав преступления предусмотренного п.п. «а», «б» ч.2 ст.199 УК РФ.

По версии следствия, у Рус-вой Т.В. выполняющей функции единственного учредителя и генерального директора ООО «КПД Удомля-1» в период с 01 апреля 2013 года по 22 июля 2013 года, в неустановленном месте, из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость и налога на прибыль в особо крупном размере, путем внесения заведомо ложных сведений в налоговые декларации по указанным видам налогов, с последующим их предоставлением в налоговый орган, с целью получения необоснованного обогащения в виде неуплаченных сумм налогов с принадлежащей ей указанной организации. С целью реализации своего преступного умысла Рус-ва Т.В. сообщила о своих преступных намерениях главному бухгалтеру своей организации Шус-вой С.М., предложив принять непосредственное участие в этом, на что последняя дала свое согласие, руководствуясь личными мотивами, обусловленными трудовой и материальной зависимостью от Рус-вой, в виду возможности потерять работу в этой организации, в случае отказа. Реализуя задуманное во исполнение заранее разработанного преступного плана о совершении единого преступления, Рус-ва Т.В. в период с 01 апреля 2013 года по 25 января 2016 года, в неустановленном следствием месте приискала и получила изготовленные неустановленными лицами, непричастными к совершению преступления, фиктивные, то есть содержащие несоответствующие действительности данные, документы, якобы свидетельствующие о наличии финансово-хозяйственных взаимоотношений между ООО «КПД Удомля-1» с ООО «Стройтех», ООО «СтройКомплект» и ООО «Паритет», заведомо зная, что фактически никаких взаимоотношений возглавляемая ей организация с данными организациями не имела и впоследствии, по согласованию между собой, якобы достигнутому ранее передавала эти документы Шус-вой С.М., как лицу, возглавляющему бухгалтерскую службу, которая учитывала их в бухгалтерском учете занижая, таким образом, налогооблагаемую базу по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль и отражавшая эти сведения в налоговых декларациях направляемых ею же в налоговую инспекцию. Этими действиями Шус-вой и Рус-вой, совершенными группой лиц по предварительному сговору бюджетной системе Российской Федерации причинен особо крупный ущерб в виде не поступления соответствующих сумм взимаемых налогов.

Как разъяснено в пунктах 3 и 8 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 года № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», под уклонением от уплаты налогов и (или) сборов, ответственность за которое предусмотрена статьями 198 и 199 УК РФ, следует понимать умышленные деяния, направленные на их неуплату в крупном или особо крупном размере и повлекшие полное или частичное непоступление соответствующих налогов и сборов в бюджетную систему Российской Федерации. Уклонение от уплаты налогов и (или) сборов возможно только с прямым умыслом с целью полной или частичной их неуплаты.

Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). Аналогичным образом Уголовный кодекс Российской Федерации исходит из того, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

Объективное вменение (применительно к сфере налогообложения - уголовная ответственность за невнесение налога), как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 мая 2003 года N 9-П, не допускается.

То обстоятельство, что в диспозиции статьи 199 УК Российской Федерации использован термин «уклонение», указывающий на определенную цель совершаемого деяния - избежать уплаты законно установленных налогов, свидетельствует о том, что состав этого преступления предполагает наличие в действиях виновного лица именно умысла (часть вторая статьи 25 УК Российской Федерации), который в данном случае направлен непосредственно на уклонение от уплаты налога.

Следовательно, применительно к преступлению, предусмотренному статьей 199 УК Российской Федерации, составообразующим может признаваться только такое деяние, которое совершается с умыслом и направлено на избежание уплаты налога в нарушение установленных налоговым законодательством правил.

Это обязывает органы, осуществляющие уголовное преследование, не только установить в ходе расследования и судебного рассмотрения конкретного уголовного дела сам факт неуплаты налога, но и доказать противозаконность соответствующих действий (бездействия) налогоплательщика и наличие умысла на уклонение от уплаты налога (пункт 1 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации). Отсутствие в статье 199 УК Российской Федерации перечня конкретных способов уклонения от уплаты законно установленных налогов не дает правоприменителю оснований для произвольного привлечения к уголовной ответственности за неуплату налога, в том числе в случаях, когда налогоплательщик использует не противоречащие закону механизмы уменьшения налоговых платежей или допускает неуплату налога по неосторожности.

Таким образом, положение статьи 199 УК Российской Федерации об уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах либо иным способом, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующих правовых норм, предусматривает уголовную ответственность лишь за такие деяния, которые совершаются умышленно и направлены непосредственно на избежание уплаты законно установленного налога в нарушение закрепленных в налоговом законодательстве правил.

Под включением в налоговую декларацию или в иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, следует понимать умышленное указание в них любых не соответствующих действительности данных об объекте налогообложения, расчете налоговой базы, наличии налоговых льгот или вычетов и любой иной информации, влияющей на правильное исчисление и уплату налогов и сборов.

Включение в налоговую декларацию или иные обязательные для представления документы заведомо ложных сведений может выражаться в умышленном неотражении в них данных о доходах из определенных источников, объектов налогообложения, в уменьшении действительного размера дохода, искажении размеров произведенных расходов, которые учитываются при исчислении налогов (например, расходы, вычитаемые при определении совокупного налогооблагаемого дохода). К заведомо ложным сведениям могут быть также отнесены не соответствующие действительности данные, о времени (периоде) понесенных расходов, полученных доходов, искажение в расчетах физических показателей, характеризующих определенный вид деятельности, при уплате единого налога на вмененный доход и т.п.

Согласно ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Исходя из требований ч. ч. 1, 2 ст. 35 УК РФ по делам о преступлениях, совершенных группой лиц по предварительному сговору, подлежат доказыванию такие обстоятельства, как участие в преступлении двух или более лиц, обладающих признаками субъекта преступления, наличие или отсутствие предварительной договоренности о совместной преступной деятельности, содержание этой договоренности, если она имела место, наличие у каждого из соучастников прямого умысла на совместное совершение преступления, совпадающие мотивы и цели действий каждого соучастника.

Доказательства наличия указанных обстоятельств в действиях обвиняемых, стороной обвинения не представлены.

Ни в ходе расследования, ни в ходе судебного следствия прямых доказательств, свидетельствующих о наличии умысла на совершение уклонения от уплаты налогов с ООО «КПД Удомля-1» в действиях подсудимых не добыто.

Ни один из допрошенных в суде свидетелей не подтвердил наличие в действиях Рус-вой и Шус-вой объективной стороны преступления, а именно, версию следственного органа о том, что Рус-ва Т.В. имела умысел на уклонение от уплаты налогов с возглавляемого ею ООО «КПД Удомля-1», для чего вступила в преступный сговор с главным бухгалтером Общества Шус-вой С.М., после чего приискала хозяйственные, финансовые и бухгалтерские документы, содержащие заведомо недостоверные сведения, по взаимоотношениям между ООО «КПД Удомля-1», с одной стороны, и ООО «Стройтех», ООО «СтройКомплект» и ООО «Паритет», с другой стороны, передала их Шус-вой С.М., а та, в свою очередь, умышленно включала в налоговые декларации указанные заведомо ложные сведения.

Приведенные государственным обвинителем доказательства, обоснования которым изложены им в выступлениях в прениях не подтверждают вступление подсудимых в предварительный сговор на уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере.

То обстоятельство, что Рус-ва и Шус-ва являлись должностными лицами в одной организации, как и то, что Шус-ва имела подчиненность в силу которого состояла в прямой зависимости от указаний или распоряжений Рус-вой, не свидетельствуют однозначно, что между ними имелась заранее возникшая договоренность об уклонении от уплаты налогов.

При этом суд отмечает, что предъявленное обвинение по периоду возникновения преступного умысла на совершение преступления с субподрядчиками ООО «СтройКомплект», ООО «Стройтех» и ООО «Паритет», якобы сформировавшегося у Рус-вой и сговора о нем с Шус-вой приходится с 01.04.2013 по 22.07.2013 года. Однако, исследованными в суде доказательствами такой сговор не подтверждается, поскольку отсутствуют какие-либо доказательства, указывающие на намерения обвиняемых совершить противоправные действия. Временной период, указанный следователем объективно ничем не подтвержден, равно как и место, где, по мнению следствия, произошел преступный сговор.

В обвинении описано, что ООО «КПД Удомля-1» и ООО «Паритет» имели хозяйственные отношения в 4-м квартале 2015 года, то есть намного позднее, чем следователем указан период возникновения умысла на совершение преступления до 22 июля 2013 года, в этой связи формирование преступного умысла в указанный выше временной промежуток объективно невозможно, так как о наличии возможности возникновения в перспективе таких взаимоотношений с ООО «Паритет», как организацией привлеченной для выполнения работ, гипотетически, то есть предположительно, на будущий период для совершения единого преступления, как следует из обвинения, и соответственно возникновение единого умысла в указанный временной период противоречит фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Факт передачи документов спорных контрагентов именно от Рус-вой Т.В. Шус-вой С.М. не доказан ни свидетельскими показаниями, ни документально.

Объективных данных, по каким признакам переданные документы не соответствовали действительности, на момент их учета бухгалтерской службой предприятия, следствием не указывается. В чем выражалась фиктивность документации для Шус-вой С.М., из обвинения не следует. Не доказан важнейший признак «заведомой подложности» на момент передачи таких документов в бухгалтерию предприятия и их бухгалтерского учета. Обвинением не доказано, а следовательно не установлено, обязан ли бухгалтер проверять поступившие в бухгалтерскую службу предприятия документы на предмет «действительности» и «фиктивности», какова процедура и пределы такой проверки, какие действия необходимо совершить, существует ли процедура визирования таких документах и каковы правила такого визирования. Формальное же нарушение инструкций бухгалтерского учета, не может свидетельствовать о наличии признаков уголовного преступления.

В ходе судебного следствия установлено, что в ООО «КПД Удомля-1» была создана целая бухгалтерская служба, деятельностью которой формировались учетные документы и соответственно на основании этих общих данных, занесенных в электронный учет, и формировалась налоговая отчетность за соответствующие налоговые периоды по видам налогов, а именно НДС и прибыль. Идентифицировать каким-либо образом, кем конкретно были занесены с документов первичного бухгалтерского учета сведения в базу, следствию не представилось возможным.

Так, допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель № 4 сообщила, что в соответствии со своими обязанностями заместителя главного бухгалтера Общества она осуществляла ведение книг покупок, оприходование услуг, аренду помещений, предъявление заказчику документов по перебазировке строительной техники, занесение информации в программу 1С.

Из показаний, допрошенных в судебном заседании свидетелей из числа бывших работников бухгалтерии ООО «КПД Удомля-1» ФИО36, ФИО38, ФИО96, ФИО54, а также оглашенных в судебном заседании показаний Свидетель №20, установлено, что формирование налоговой декларации – это процесс занесения первичных документов бухгалтерского учета в электронном виде в программу «1С Предприятие». В бухгалтерии, работавшие бухгалтеры, могли заменять друг друга, выполнять иную, а не только свою работу и это не требовало непосредственного поручения со стороны главного бухгалтера. Документы поступали в бухгалтерскую службу различными способами и также не требовали какого-либо согласования до внесения в электронную базу со стороны главного бухгалтера. Относительно ООО «Стройтех», «СтройКомплект» и «Паритет» указанные свидетели пояснили, что документы от таких организаций поступали, и они участвовали в качестве субподрядчиков в работах по строительству Балтийской АЭС, либо что они при работе с документацией не сталкивались с такими фирмами, поскольку вели другие фирмы, что само по себе как обстоятельство не может свидетельствовать о том, что таких фирм вообще не существовало.

Свидетель ФИО35 в судебном заседании пояснила, что в филиале Общества при строительстве Балтийской АЭС также был документооборот. И в этой связи, поступающие документы от ООО «Стройтех», ООО «СтройКомплект» могли быть не отражены в Журнале поступившей корреспонденции ООО «КПД Удомля-1».

Данный довод остался не проверенным следствием и не был опровергнут государственным обвинителем.

Показания свидетеля ФИО40 являвшегося системным администратором общества, полностью опровергают версию следствия о передаче налоговых деклараций в налоговый орган лично и только Рус-вой Т.В. или Шус-вой С.М., свидетель указал, что обучил работе с соответствующей программой работников бухгалтерии, однако Рус-ву Т.В. и Шус-ву С.М. конкретно не выделил и не сообщил, что вообще обучал их работе с данной программой.     

Никто из допрошенных лиц, из числа сотрудников бухгалтерии, как и иные лица, допрошенные в судебном заседании, не указали на Рус-ву Т.В. и Шус-ву С.М., как на лицо, которое передавало налоговую декларацию электронным способом в налоговые органы в инкриминируемые следствием даты.

Таким образом, факт включения, в налоговые декларации заведомо ложных сведений, в период с 01.04.2013 по 25.01.2016 года в офисе ООО «КПД Удомля-1» по адресу: Тверская область, Удомельский район, пер. Автодорожный, д. 2, по версии следствия именно Шус-вой С.М., не доказан.

В связи с этим, версия следствия, что сформированные и составленные Шус-вой С.М. налоговые декларации, подписанные усиленной квалифицированной электронной подписью генерального директора ООО «КПД «Удомля-1» Рус-вой Т.В., посредством телекоммуникационных каналов связи через специализированного оператора связи ОАО «Сеть делового обслуживания» Шус-ва С.М. представляла в установленные сроки по месту учета Общества в Межрайонную ИФНС России № 3 по Тверской области, а именно 22.07.2013, 21.10.2013, 27.03.2014, 25.01.2016, является предположением, что не может расцениваться, как фактические обстоятельства объективной стороны преступления.

Также из материалов дела, в частности акта налоговой проверки № 5 от 20.02.2016 следует, что Общество имело хозяйственные отношения, а именно расчеты на сумму 15 190 000 руб. (платежное поручение от 16.01.2013) с ООО «Стройтех» по договору от 01.10.2012. Предметом же данного договора является также выполнение работ при строительстве Балтийской АЭС. Данное обстоятельство не согласовывается с предъявленным Шус-вой С.М. обвинением относительно даты возникновения преступного умысла, учитывая, что финансово-экономические, а следовательно договорные отношения с ООО «Стройтех» имели место задолго до назначения Шус-вой С.М. на должность главного бухгалтера. Взаимосвязь между данным фактом и версией следствия о возникновении отношений со спорными контрагентами в период работы Шус-вой С.М. в должности главного бухгалтера с 25.02.2013 года является не основанной на материалах уголовного дела и противоречит установленным в ходе судебного заседания фактическим обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу и обоснованностью предъявленного Шус-вой С.М. обвинения, как соучастнику группового преступления.

Таким образом, отсутствие конкретных доказательств, связанных с предварительной договоренностью и не указание конкретных действий, предшествующих совершению каких-либо противоправных действий привели следствие к необходимости объективного вменения прямого умысла, что в соответствии с вышеуказанным Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2003 года N 9-П, не допустимо.

Немаловажным обстоятельством является и то, что приведенные государственным обвинителем заключения проведенных по уголовному делу судебных почерковедческих экспертиз № 328 от 04.10.2017 года, № 372 от 11.11.2017 года, № 371 от 27.11.2017 года, № 374 от 28.11.2017 года, № 375 от 29.11.2017 года, непосредственно не подтверждают причастность Рус-вой и Шус-вой к изготовлению каких-либо фиктивных документов, поступивших от контрагентов.

При этом заключение № 395 от 14.11.2017 года находится в противоречии с проведенными стороной защиты исследованиями №№ 1993, 2003, соответственно от 06.02.2018 и 21.02.2018, выполненных АНО «Тверской центр технических экспертиз», согласно выводам которых, почерковедческая экспертиза экспертом ФИО94 выполнена с неоднократным нарушением законодательства и ведомственных нормативных актов МВД России, регламентирующих проведение экспертиз, а рукописный текст, начинающийся словами «03.04.2014 – Стр А выдал Русстр 70000000 векселя» и заканчивающийся словами «В июле заключили договор цессии» выполнен не Рус-вой Т.В., а другим лицом.

У суда отсутствуют основания сомневаться в компетенции исследований, выполненных АНО «Тверской центр технических экспертиз», поскольку заключения мотивированы, обоснованы, не содержат противоречий, специалист полно и достаточно ясно ответил на поставленные вопросы. В связи с чем суд считает данные им заключения достоверными, и использует в качестве обоснований позиции стороны защиты опровергающей доводы обвинения.

Данное противоречие не опровергнуто стороной обвинения.

Суд не может согласиться с субъективным мнением следователя, изложенным в обвинительном заключении, о том, что данные заключения почерковедческих экспертиз свидетельствуют об отсутствии реальных фактов хозяйственно-финансовых отношений между ООО «Русстрой» и ООО «Стройальянс», как и у ООО «КПД Удомля-1» со спорными контрагентами и расчет векселями за работы с ООО «Стройтех», которые потом при неизвестных обстоятельствах оказались в распоряжении ООО «Стройальянс», где уже Шус-ва, представляя аффилированный Рус-вой «Русстрой» получила данные векселя в качестве займа и в последующем все равно данные векселя остались в распоряжении Общества в лице Рус-вой и Шус-вой.

Само по себе использование для расчётов с контрагентами векселей Сбербанка не может свидетельствовать о наличии состава преступления. Как следует из показаний Рус-вой Т.В., в 2013-2014 году Общество расплачивалось такими векселями со всеми своими поставщиками и субподрядчиками. Индоссамент – это право неоднократной передачи векселя другим лицам посредством проставления специальной передаточной надписи, за собственноручной подписью векселедержателя на обороте векселя. Он у данных векселей был открыт, в связи с чем, они неоднократно могли быть переданы по акту приёма-передачи. Заполнение передаточных надписей на самом векселе является необязательным, что подтверждается тем, что Сбербанк произвёл оплату по векселям. Следствием не учтен факт, что в основном расчёты производились в безналичном порядке путём перечисления денежных средств на расчётный счёт организаций на сумму более 125 млн. рублей. Само по себе использование схемы расчетов векселями не противоречит закону и не состоит под каким-либо запретом.

Кроме этого позиция следователя о якобы отсутствии реальных фактов хозяйственно-финансовых отношений между ООО «Русстрой» и ООО «Стройальянс», и их неком отношении к деятельности ООО «КПД Удомля-1» не является предметом предъявленного обвинения, в связи с чем, оценке не подлежит.

Наличие на жестких дисках компьютеров изъятых при обыске в организации ООО «КПД Удомля-1», установивших в ходе экспертных исследований №2016 от 19.05.2017 года, 2004 от 19.0.2017 г., 2154 от 15.08.2017 г., 2050 от 26.05.2017 г., 2051 от 26.05.2017 года ключевых слов «Стройтех» «СтройКомплект», «счета-фактуры» «ФИО33» и т.д., само по себе не указывает о преступности их происхождения, как и не подтверждает объективную сторону рассматриваемого состав преступления.

В основу предъявленного обвинения следствием положены акты налоговой проверки отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности соответственно за № 5 от 20 февраля 2016 года и № 1577 от 02.09.2016 года, однако они не могут быть приняты судом во внимание, поскольку содержат недостоверные выводы, основанные на исследовании неполных сведений о расходах по документам, не в полной мере отражающим финансово-хозяйственную деятельность ООО «КПД Удомля-1», а также при отсутствии всех необходимых документов первичного учета.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты специалист ФИО95 пояснила, что регистры бухгалтерского учета, главная книга, расшифровка отчета о финансовых результатах и даже данные налоговых регистров в отрыве от первичных документов, которые должны подтверждать факт проведенных хозяйственных операций, не могут являться основанием для подтверждения показателей налоговой декларации по налогу на прибыль, т.к. в регистрах бухгалтерского и налогового учета показываются только отражение хозяйственных операций. Без первичных документов невозможно подтвердить, правильно ли отражены в регистрах бухгалтерского учета и налогового учета хозяйственные операции, как и ответить на вопрос с какими данными должны быть предоставлены в налоговый орган налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость ООО «КПД Удомля-1» за 2, 3 квартал 2013 года и 4 квартал 2015 года. Для подтверждения данных налоговых деклараций по НДС необходимо проанализировать все первичные документы и все учетные регистры, в которых отражены доходы и расходы ООО «КПД Удомля-1.

Специалисты налоговой инспекции, в ходе проверок, как и эксперты проводившие налоговую (экономическую) экспертизу № 48 от 15.09.2017 года, а также строительно-техническую экспертизу № 132 от 03.08.2017 года не учли расходы, подтвержденные платежными документами, понесенные ООО «КПД-Удомля-1» на приобретение товаров и услуг, не учли сумму реализации и имеющиеся другие договоры с НИАЭП, всего 9, количество которых превышало более 2, по котором собственно и проводились сверки, что могло существенно повлиять на достоверность определения размера налогового вычета, от которого зависит размер НДС, подлежащего начислению.

Заключение судебной налоговой экспертизы № 48 от 15.09.2017 г. не содержит выводов, подтверждающих виновность Рус-вой и Шус-вой в совершении инкриминируемого деяния, поскольку эксперт в соответствии с поставленными органом предварительного следствия вопросами ответил лишь о размере уменьшенной суммы налога на добавленную стоимость и налога на прибыль путём математических операций, т.е. без применения специальных познаний эксперта. При этом вопрос, требующий именно специальных познаний о сумме налогов подлежащих уплате в бюджет, перед экспертом не ставился. Эксперт не анализировал информацию по работам и расчётам с ООО «Стройтех», ООО «СтройКомплект», ООО «Паритет», исходил из формулировки вопросов для подтверждения версии следствия, в которых заведомо было указано об отсутствии финансово-хозяйственных взаимоотношений Общества с конкретными субподрядчиками и поставщиками. Экспертом были выписаны счета-фактуры поставщиков и подрядчиков ООО «Стройтех», ООО «СтройКомплект», ООО «Паритет», указанные в книгах покупок, а именно: выписаны реквизиты счетов-фактур: номер, дата, сумма, но не указаны наименование работ, материалов.

Согласно п. 4 ст. 168 Налогового Кодекса РФ сумма НДС должна быть выделена отдельной строкой в первичных учётных документах, в расчётных документах. Анализ и исследования первичных документов, расчётных документов экспертом не проведены. Не проанализирован аналитический учёт по счетам бухгалтерского учета: 20 «Основное производство», 10 «Материалы», 51 «Расчетный счет», другие расчётные счета. Не проанализированы приходные и расходные первичные документы по счету 10 «Материалы». При этом эксперт из-за некорректности вопросов не определял реальный размер налоговых обязательств, а выполнил математический расчет, что подтвердил в ходе допроса в судебном заседании. В заключение эксперта из фактически понесённых в 2013 году Обществом затрат исключены расходы по выполнению работ субподрядчиками ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» и не определены суммы, как подлежащего уплате в бюджет налога на добавленную стоимость, так и суммы налоговых вычетов и суммы затрат на выполнение данных работ. Хотя указанные работы сданы Заказчику, в лице НИАЭП, который эти работы принял и был удовлетворен их качеством, что подтверждается отсутствием каких-либо претензий с его стороны.

Согласно ст. 313 Налогового кодекса РФ налогоплательщики исчисляют налоговую базу по налогу на прибыль по данным налогового учета. Подтверждением данных налогового учета являются первичные учетные документы и аналитические регистры налогового учета (ст. 313 НК РФ). В заключении экспертом не указаны наименования регистров налогового учета Общества за 2013 год. Экспертом не проведены исследования налоговых регистров. Для ответа на вопрос о сумме налога на прибыль, подлежащего уплате в бюджет, необходимо исследовать не бухгалтерскую отчётность, а первичные документы. Не исследованы документы по реализации строительно-монтажных работ, сданных Обществом заказчику АО «НИАЭП»: КС-2 «Акт о приемке выполненных работ», КС-3 «Справка о стоимости выполненных работ и затрат».

В заключении не приведены данные о стоимости выполненных субподрядчиками ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» работ и затрат, предусмотренных сметой. Не исследовано и не определено экспертом, отражены ли в составе выручки от реализации строительно-монтажных работ, сданных Обществом заказчику АО «НИАЭП», работы субподрядчиков.

Не проведена проверка результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей, денежных средств, дебиторской и кредиторской задолженности, а также актов сверок расчетов с поставщиками, подрядчиками, покупателями и заказчиками, что безусловно влияет на суммы налога, подлежащего уплате в бюджет.

Из-за ограниченности и некорректности вопросов, поставленных следователем на разрешение экспертизы, экспертом в нарушение указанных нормативных актов не проведена детальная проверка первичных документов и не определён реальный размер налоговых обязательств. Для ответа на вопросы, о занижении платежей в бюджет по НДС и налогу на прибыль, необходимо было исследовать все первичные документы и регистры бухгалтерского и налогового вычетов.

В ходе допроса эксперт ФИО97 сообщила, что сумму реализации не проверяла, поэтому не исключает, что если бы в поставленных ей следователем на разрешение вопросы необходимо было производить расчеты с суммами реализации, то сумма налоговых вычетов могла и измениться в сторону уменьшения, но такой вопрос следствием не ставился, что подтверждает неполноту проведенного исследования подтвержденного заключением специалиста ФИО98, впрочем как и допросом эксперта ФИО97, которая подтвердила, что отвечала только на два поставленных ей вопроса.

Заключение эксперта ФИО93 опровергает доводы следствия о том, что все работы были выполнены силами ООО «КПД Удомля-1» своими ресурсами, находящимися на балансе организации, поскольку анализ выполненных работ по форме КС-2 между ООО «КПД Удомля-1» и ОАО «НИАЭП» позволяет сделать вывод, что общая потребность в экскаваторах в мае-июне 2013 года составила 1022 м/часов, что составляет 21,8 % работ выполненных лишь ООО «КПД Удомля-1» от общего объема выполненных работ. Для прокладки, сварки напорных полиэтиленовых труб диаметром 1400 и 1200 мм необходима специализированная гидравлическая машина и дополнительное оборудование, квалифицированные сварщики, прошедшие аттестацию и имеющие специальную лицензию, работы по прокладке и сварке данных труб не могли быть выполнены силами ООО «КПД Удомля-1», поскольку выполнение данных работ, возможно было только, с привлечением соответствующего оборудования и квалифицированного персонала.

Такого оборудования у ООО «КПД-Удомля-1» не было. При этом, какого-либо законодательного запрета на привлечение субподрядными организациями для выполнения своих обязательств по заключенным договорам, для привлечения и использования необходимых ресурсов со стороны, не предусмотрено. В целях опровержения фактов такой деятельности, данные обстоятельства следствием также не проверялись, поскольку оно ограничилось формулировкой фиктивности спорных организаций, по причине отсутствия в их штате необходимого количества работников и техники, как и массовостью регистрации по тому адресу, по которому они были зарегистрированы, что само по себе не может свидетельствовать о виновности подсудимых.

У суда отсутствуют основания сомневаться в компетенции приведенных выше исследований специалиста ФИО95 и эксперта ФИО93, поскольку заключения мотивированы, обоснованы, не содержат противоречий, лица проводившие исследования полно и достаточно ясно ответили на поставленные вопросы. В связи с чем суд считает данные ими заключения достоверными.

Кроме того, допрошенные в суде свидетели со стороны обвинения, ФИО41, ФИО39, ФИО42, ФИО35, Свидетель №8, Свидетель №12, Свидетель №11, ФИО43, Свидетель №21, Свидетель №9, ФИО44, работавшие на строительстве Балтийской АЭС, подтвердили показания Рус-вой Т.В. о невозможности выполнить все работы собственными силами и средствами ООО «КПД Удомля-1» в связи с отсутствием у Общества квалифицированных специалистов, необходимого количества техники и специального оборудования. Указанные свидетели также подтвердили факт отсутствия пропускного режима на площадках по строительству кавальеров и водоводов технического водоснабжения. При этом свидетели ФИО41, ФИО39, ФИО42, ФИО35 и Свидетель №8 подтвердили факты выполнения работ субподрядчиками – ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» в связи с наличием у них сварочных станков для сварки труб большого диаметра ДУ 1200 и ДУ 1400, сварщиков имеющих удостоверение НАКС и мощных дизельных электростанций, при том, что у Общества такого специального оборудования и специалистов такой квалификации не было.

Оснований ставить под сомнение показания указанных свидетелей, допрошенных в судебном заседании, суд не усматривает.

При этом не находит суд и оснований для использования показаний вышеперечисленных свидетелей, относя их показания в счет доказательств обвинения. Данные показания не свидетельствуют о наличии обстоятельств, подтверждающих объективные признаки рассматриваемого преступления, а констатируют те обстоятельства, которые вытекали из рода деятельности работников Общества, каковыми они являлись на тот период времени.

Таким образом, доводы стороны обвинения вступают в противоречие с доказательствами представленными стороной защиты, которые объективно в ходе судебного следствия не опровергнуты, при этом каких-либо ходатайств со стороны участвующих лиц о проведении дополнительных экспертиз заявлено не было, в этой связи суд расценивает акты налоговых проверок отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности № 5 от 20 февраля 2016 года и № 1577 от 02.09.2016 года, от 10.04.2008 года, а также решение налогового органа № 12 от 10.06.2016 г. и № 1544 от 18.10.2016 года, вынесенные на основании акта выездной налоговой проверки, только лишь в той их части, которая указывает о наличии признаков налогового правонарушения, но не подтверждает наличие признаков уголовно-наказуемого деяния в действиях обвиняемых.

То обстоятельство, что решение налогового органа подлежало проверке арбитражными судами, решения которых приведены в обвинительном заключении и в удовлетворении жалоб со стороны Рус-вой Т.В., как и ее представителей было отказано, не свидетельствует о доказанности умысла Рус-вой и Шус-вой на совершение налогового преступления и не может являться преюдициальным для признания факта доказанности вины подсудимых.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко» выявлен конституционно-правовой смысл ст.90 УПК РФ, указано, что фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, разрешившим дело по существу в порядке гражданского судопроизводства, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности обвиняемого по уголовному делу, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах.

На отсутствие преюдиции указывает и Верховный Суд РФ в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления» согласно которому, при рассмотрении уголовных дел о налоговых преступлениях судам необходимо учитывать вступившие в законную силу решения арбитражных судов, судов общей юрисдикции, а также другие решения, постановленные в порядке гражданского судопроизводства, имеющие значение по делу. Однако, такие решения подлежат оценке в совокупности с иными собранными доказательствами по правилам статьи 88 УПК РФ.

Анализ принятых решений арбитражных судов, приведенных в обвинительном заключении по своему содержанию не содержит в себе сведений о виновности генерального директора Рус-вой Т.В. и главного бухгалтера Шус-вой С.М. в совершении уголовно-наказуемого деяния, а с учётом предмета спора свидетельствует лишь об оспаривании решений налогового органа, принятого по результатам выездной налоговой проверки конкретного налогоплательщика, каковым являлось ООО «КПД Удомля-1», в связи с выявленным налоговым правонарушением.

Согласно показаний данных в судебном заседании свидетелями Свидетель №7 и Свидетель №6, являющихся сотрудниками налоговой инспекции и проводивших проверки, следует, что причастность руководителя «КПД Удомля-1» Рус-вой Т.В. и главного бухгалтера Шус-вой С.М. к деятельности ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект», признаки фиктивности которых установили, формально установлена не была.

Свидетель Свидетель №13 исполняющий обязанности арбитражного управляющего ООО «КПД Удомля-1» об обстоятельствах дела знает только в связи с осуществлением процедуры банкротства. Каких-либо значимых и относимых к предмету доказывания обстоятельств, как и сведений указывающих о причастности Рус-вой и Шус-вой к инкриминируемому им преступлению ему не известно.

При таких обстоятельствах показания свидетелей Свидетель №7, Свидетель №6 и Свидетель №13 не могут быть взяты в качестве основы подтверждения вины подсудимых.

Доводы государственного обвинителя о том, что из показаний свидетеля Свидетель № 4 данных ей на предварительном следствии следует, что такие организации как ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» участия в строительстве Балтийской АЭС не принимали, что Шус-ва якобы поделилась с ней о том, что при отражении сведений об этих организациях в бухгалтерском учете данные организации никаких работ не выполняли и строительных материалов не поставляли, а также о том, что в ходе состоявшегося между ней и Шус-вой телефонного разговора, последняя говорила именно о событиях, связанных с искажением данных бухгалтерского учета ООО «КПД Удомля-1», суд считает необходимым отметить следующее.

Показания в указанной части, свидетель Свидетель № 4 в судебном заседании не подтвердила, и напротив, сообщила о том, что главный бухгалтер Шус-ва С.М. очень переживала по поводу того, что во время налоговой проверки инспекция признала организации ООО «Стройтех» и ООО «СтройКомплект» несуществующими. Указанные организации были субподрядчиками, проводили строительно-монтажные работы на «Балтийской АЭС». Декларации, которые направлялись в налоговый орган, формировались автоматически. В части расхождений ее показаний с показаниями на предварительном следствии пояснила, что 16 января 2018 года к ней на работу приехали три полицейских: следователь ФИО91, уполномоченный ФИО64 и ФИО89. Они приехали в 14:30 часов. В комнате чаепития делали очную ставку с ФИО89 после очной ставки сказали, что приехали за ней, чтобы посадить в СИЗО, если она не даст показания. После этого ее увезли в Удомельский следственный комитет, где включили видеокамеру. Она не хотела говорить под видеозапись, следователь сказал, что она может отказаться от видеозаписи. Т.к. она была очень напугана, находилась в состоянии стресса, поэтому ходатайствовала, чтобы видеозапись отключили. Видеозапись отключили, и потом она давала показания, при этом присутствовал адвокат ФИО110, которого вызвал следователь. В ходе допроса она отвечала на заданные вопросы, но следователь записывал, только необходимое ему. Когда она ознакомилась с протоколом допроса, увидела, что в целом все было отражено, как поясняла она, но в некоторых местах был не тот смысл, немного было не полно, не до конца. Протокол читала насколько позволяло ее состояние, поскольку сама процедура допроса была очень длительной с обеда до вечера, с некоторыми перерывами. С Шус-вой у нее действительно состоялся разговор в ходе которого, они обсуждали, что правоохранительные органы интересуются деятельностью КПД Удомля-1. Они эмоционально реагировали на то, что их по этому поводу «дергают». Телефонный разговор не касался бухгалтерского учета, внесения каких-либо данных, не соответствующих действительности. Из руководства организации, на нее давления никто не оказывал, не помнит, чтобы кто-то о чем либо просил, просто Рус-ва Т.В. перед допросами говорила, что надо думать головой, но конкретных распоряжений не давала. Заявила, что в судебном заседании она дает правдивые показания.

Суд с учетом соблюдения принципов состязательности и равенства сторон в реализации права участников судебного разбирательства воспользоваться и задать вопросы свидетелю Свидетель № 4, на которые получил исчерпывающие ответы не находит оснований ставить под сомнение ее показания в судебном заседании. А поскольку в ходе судебного разбирательства со стороны государственного обвинителя при выявленных противоречиях, ходатайств об оглашении показаний данного свидетеля на следствии заявлено не было, то показания Свидетель № 4 на предварительном следствии оценке не подлежат и не принимаются судом во внимание.

Оглашенный в судебном заседании протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 20.09.2017, в котором произведен осмотр результатов оперативно-розыскной деятельности – прослушивание телефонных переговоров между Шус-вой С.М. и Свидетель № 4 от 01.03.2017. не подтверждает какого-либо из обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Само содержание разговора не выявляет, что Шус-ва совершала противоправные действия при формировании налоговой отчетности предприятия, имела умысел на совершение налогового преступления и совершала уклонение от налогообложения предприятия по указанию, либо совместно с директором Рус-вой Т.В. Фамилия «Рус-ва» в телефонном разговоре не упоминается собеседниками. Правдивость пояснений Шус-вой С.М. относительно содержания телефонного разговора подтвердила в суде и свидетель Свидетель № 4, которая пояснила, что не воспринимала разговор, как обсуждение события, связанного с искажением данных бухучета предприятия. Доказательств вины Шус-вой С.М. в совершении налогового преступления свидетель Свидетель № 4 в свих показаниях в суде не озвучила.

Протоколы осмотра предметов (документов) от 18.12.2017 года и 19.12.2017, в ходе которых осмотрены сведения о телефонных соединениях абонентского номера <№>, принадлежащего Рус-вой Т.В. и <№> принадлежащего Шус-вой С.М. за период с 01.01.2017 по 07.11.2017 с учетом отсутствия речевого содержания в них, сами по себе не содержат каких-либо фактов свидетельствующих о преступной деятельности указанных лиц.

Давая оценку доказательствам приведенным стороной обвинения, которые вытекают из протоколов очных ставок, между подозреваемой Шус-вой С.М. и свидетелями Свидетель №5 от 22 ноября 2017 года, ФИО63 от 24.10.2017 года и ФИО31 от 29.09.2017 года, суд не находит оснований для признания изложенных в них сведений, как свидетельствующих о виновности Шус-вой С.М. в совершении инкриминируемого ей преступления. В показаниях Свидетель 5, данных в ходе очной ставки, сведений уличающих Шус-ву и Рус-ву в каком-либо фиктивном взаимодействии с деятельностью организаций «Стройтех», «СтройКомплект» и «Паритет» не приведено.

Оглашение показаний Шус-вой С.М. от 25 июля 2017 года, которые ей были даны в качестве свидетеля при проведении очных ставок с ФИО63 от 24.10.2017 года и ФИО31 от 29.09.2017 года, и использование этих показаний в качестве доказательств, нельзя признать допустимыми доказательствами, с учетом в настоящее время статуса Шус-вой С.М. по делу как обвиняемой, при этом данные показания Шус-вой С.М. как свидетеля вообще не приведены в числе доказательств обвинения и не оглашались в судебном заседании по ходатайству сторон, то есть не исследовались, в связи с чем, ссылаться на эти показания стороны, в частности государственный обвинитель не вправе, поэтому сведения изложенные участниками в ходе указанного следственного действия не имеют доказательственного значения и отвергаются судом.

Не принимаются судом в качестве доказательств по делу и показания свидетеля ФИО51, данные в ходе очной ставки с Свидетель № 4 от 16.01.2018 года, поскольку ФИО51 является сотрудником правоохранительных органов, осуществлявших допрос указанного свидетеля, в связи с чем, его показания связаны с восполнением обстоятельств ставших известных ему в ходе проведения следственного действия, что недопустимо и не может быть признано свидетельством событий, подлежащих предмету доказывания.

Показания сотрудников УМВД России по Тверской области ФИО46 и ФИО47 также следует отнести к действиям, проведенным с их участием при производства обыска 01.03.2017 по месту жительства Шус-вой С.М. и производства ее допроса в качестве свидетеля по поручению следователя, что в целом также не свидетельствует о каких-либо обстоятельствах, относимых к предмету доказывания, поскольку их показания связаны с восполнением обстоятельств ставших известных им в ходе проведения следственного действия, что недопустимо для использования как доказательств виновности подсудимых.

Заключения комиссии комплексной психолого-лингвистической экспертизы № 374/17 от 19.10.2017, № 375/17 от 19.10.2017, № 376/17 от 19.10.2017 и № 377/17 от 19.10.2017 г., выявляющих признаки спонтанных так и подготовленных сообщений, в том числе, скрываемых событий и конструировании ложных сообщений относительно установления фактических обстоятельств по делу в речевом поведении Шус-вой, ФИО42, ФИО39, Свидетель № 4 в отрыве от совокупности приведенных обоснований о недоказанности органами предварительного следствия вины подсудимых, сами по себе не могут быть оценены судом, как единственные и прямые доказательства уличающие их в этом.

Показания свидетелей Свидетель №21, ФИО49, Свидетель №22, ФИО101, ФИО50, оглашенные в судебном заседании, как и показания свидетелей Свидетель №9, ФИО44, ФИО43, Свидетель №11, ФИО65, Свидетель №14, Свидетель №3, допрошенных в судебном заседании и свидетеля ФИО102 допрошенного посредством системы видеоконференц-связи, по своему смысловому содержанию абсолютно не имеют никакого отношения к доказанности обстоятельств совершения Рус-вой и Шус-вой инкриминируемого им преступления, а то обстоятельство что им не было известно о присутствии на строящемся объекте фирм под названием ООО «Стройтех» и СтройКомплект» с учетом идентичности всех показаний между собой, как не придававших значения наличию на стройплощадке вообще каким либо названиям фирм, само по себе не свидетельствует о том, что указанные фирмы там отсутствовали.

Несмотря на то, что свидетель Свидетель №15 не подтвердила принадлежность своей подписи в товарной накладной № 91 от 22.04.2013 года, согласно которой указанные в ней материалы не принимала, вместе с тем она не отрицала возможности поступления указанных стройматериалов напрямую на строительные площадки, с оформлением товарных накладных без фактического приема грузов и последующего списания на производителей работ.

В опровержение доводов государственного обвинителя, указанных им при выступлениях в прениях о том, что свидетель Свидетель №10, работавшая в «КПД Удомля-1» учетчиком материальных ценностей якобы пояснившая о том, что не принимала от ООО «Паритет» каких либо материалов и принять такое большое количество груза их общество было не в силах, напротив исходя из ее показаний зафиксированных протоколом судебного заседания, не отрицала принадлежность своей подписи в представленных ей на обозрение накладных, согласно которым в один день было принято 736 грузовых автомобилей и 182 железнодорожных вагона. Она пояснила, что указанные в накладных материалы могли и напрямую увезти на объект. Кроме того, стройматериалы могли привезти за несколько дней, а записали в одну накладную. Документы оформлялись как прибывшие с «КПД Удомля» непосредственно после поступления материала на стройку. Бывали случаи, когда материалы поступали с определенной периодичностью, а уже потом оформлялись накладные. Имело место и оформление накладной до поступления строительных материалов. Названия поставщиков «КПД Удомля» она не помнит. Договоры поставки не смотрела. Она подписывала накладные, хотя и не видела объем поступившего материала, поскольку материал закупался на основании документов, подтверждающих то количество материала, которое было необходимо для строительства. Выполненные работы сверялись с объемом поставленных материалов. Весь товар, который был получен от «Паритета», был израсходован на объекты. Доставленные стройматериалы могли отвезти на объект не в полном объеме, но они в полном объеме оформлялись через склад. В ходе следствия следователь спрашивал её, можно ли 6240 куб.м щебня и 8490 куб.м камня выгрузить на их базе, она ответила, что не знает, возможно по данной накладной все сразу увезли на объект. Подписывая документ о приемке груза, она фактически не видела груз и машины, так как находилась в помещении.

Показания свидетелей ФИО61 и ФИО62, привлеченных следователем для дачи разъяснений о наличии сведений указанных в заграничном паспорте Шус-вой с целью установления периода ее нахождения на территории Российской Федерации и возможности отправления налоговой декларации, а также правильности ведения бухгалтерского учета не свидетельствуют и виновности подсудимых. Сведения в заграничном паспорте очевидны и не нуждаются в каких-либо комментариях.

Несмотря на то, что из показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №24, Свидетель №18, Свидетель №23, Свидетель №19, ФИО31, Свидетель №17, ФИО55, Свидетель №16, Свидетель №26, допрошенных на предварительном следствии и в виду их неявки в суд, оглашенных в судебном заседании усматриваются сведения о неизвестности им, как и не имеющим отношения к деятельности таких организаций как ООО «Стройтех», «СтройКомплект» и «Паритет», в связи с чем, налоговые органы и следствие пришло к выводу о фиктивности данных фирм и отсутствии какого-либо реального сотрудничества с ООО «КПД Удомля-1», суд отмечает следующее.

Согласно ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает в момент внесения записи о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении и исключении из единого государственного реестра юридических лиц.

Согласно материалам дела указанные организации в установленном законом порядке зарегистрированы и включены в реестр юридических лиц самой налоговой инспекцией, о чем в материалах дела имеется соответствующие выписки из ЕГРЮЛ.

Проводя расчёты через банк, налогоплательщик не должен сомневаться в надёжности своего партнёра, поскольку открытие банковских счетов клиентам производится банками при условии наличия у клиента правоспособности юридического лица. Данная норма заложена в п.1.1 гл. 1 Инструкции Банка России от 30.05.2014 N 153-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов" (Зарегистрировано в Минюсте России 19.06.2014 N 32813) и в ранее действовавших инструкциях ЦБ.

ООО «Стройтех», СтройКомплект» и «Паритет» являлись действующими юридическими лицами, самостоятельно предоставляли в установленном законом порядке всю отчётность, в т.ч. по НДС, в частности, с учетом поступившей по запросу суда информацией отражены взаимоотношения с ООО «КПД Удомля-1» и ООО «Паритет». Данные обстоятельства не отрицала в ходе допроса в качестве свидетеля налоговый инспектор Свидетель №6 Согласно ответу на запрос о предоставлении налоговой декларации по НДС ООО «Паритет» следует, что указанная декларация предоставлена данной организаций самостоятельно и в ней отражены все операции по взаимоотношениям с ООО «КПД-Удомля-1» и другими контрагентами. В ответе также указан IP-адрес, с которого направлена данная декларация. Данный IP- адрес находится в г. Москве и никакого отношения ни к ООО «КПД-Удомля-1» ни к обвиняемым не имеет.

Отсутствие данных организаций по данным адресам не свидетельствует о невозможности или незаконности осуществления их финансово-хозяйственных операций. ООО «КПД Удомля-1» вправе было принять расходы, понесенные по деятельности с этими контрагентами, для целей налогообложения.

То обстоятельство, что поставщики услуг в лице контрагентов предоставляли в ИФНС недостоверные сведения о своих доходах, не свидетельствует однозначно об уклонении от уплаты налогов именно должностными лицами ООО «КПД Удомля-1».

Не получили должной оценки в ходе предварительного следствия и сведения о том, что в период строительства станции в 2012-2013 г.г. Рус-ва Т.В. все время находилась в служебных командировках для организации работ и руководства на территории строительства различных объектов, выезжала за границу, что ставит под сомнение ее возможность включать и направлять в налоговую инспекцию налоговые декларации, а тем более вступать в какой-то преступный сговор с кем бы то ни было.

Не маловажным является и то обстоятельство, что в ходе следствия не установлено, кто же все-таки изготовил фиктивные документы, представленные для учета в бухгалтерию ООО «КПД Удомля-1». Следственным органом материалы по данному факту выделены в отдельное производство.

В этой связи заключение эксперта № 72 от 18.12.2015 года, согласно которому эксперт пришел к выводу о том, что на документах представленных ООО «СтройКомплект», подпись от имени должностных лиц этой организации в соответствующие периоды времени выполнены не ФИО33 и не ФИО27, а другими лицами, не подтверждает того, что они выполнены именно Рус-вой или Шус-вой, что позволяло бы утверждать об известности для последних, факта недостоверности представленных сведений в этих документах.

Не подтверждает доказанность использования заведомо ложных сведений при заполнении декларации в действиях Рус-вой и Шус-вой и заключение эксперта № 42 от 18.08.2016 года, согласно которому, в документах представленных от ООО «Паритет» подпись должностного лица от имени Свидетель №19, выполнена не им, а другим лицом, кем не установлено.

Остальная совокупность доказательств, указанных в обвинительном заключении, вытекающих из протоколов осмотра, обысков, выемок и иных документов Выписок по счетам, справок и т.п.), свидетельствуют о фиксации тех или иных следственных действий направленных на закрепление доказательств, либо получении информации и сами по себе значимыми доказательствами на основании чего можно было бы прийти к выводу о доказанности виновности подсудимых, не являются.

Таким образом, суду не представлено доказательств, позволяющих устранить сомнения в виновности подсудимых, а также противоречия в показаниях свидетелей.

Доводы государственного обвинителя о том, что к показаниям подсудимых следует отнестись критически, поскольку они противоречат приведенным стороной обвинения доказательствам, даны с целью избежать уголовной ответственности и направлены на введение суда в заблуждение, суд находит несостоятельными.

Статьей 49 Конституции РФ установлено, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случаях, если в деяниях подсудимого отсутствует состав преступления.

Поскольку стороной обвинения не представлены достаточные доказательства о том, что Рус-ва С.В. и Шус-ва С.М. действуя группой лиц по предварительному сговору уклонились от уплаты налогов в особо крупном размере, суд оправдывает их по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления.

Разрешая вопрос по заявленному гражданскому иску, суд считает необходимым обратить внимание на то, что не допускают взыскание вреда, причинённого бюджетам публично-правовых образований, в размере подлежащих зачислению в соответствующий бюджет налогов и пеней с физических лиц, обвиняемых в совершении налоговых преступлений, до внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении организации-налогоплательщика либо до того, как судом будет установлено, что данная организация является фактически недействующей и (или) что взыскание с нее либо с лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам, налоговой недоимки и пеней на основании норм налогового и гражданского законодательства невозможно (кроме случаев, когда судом установлено, что организация-налогоплательщик служит лишь «прикрытием» для действий контролирующего ее физического лица).

Данное разъяснение содержится в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 N 39-П "По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева" статью 15, пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации и подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации и является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

Поскольку в настоящий момент ООО «КПД Удомля-1» является действующей организацией, что подтверждается материалами настоящего уголовного дела, а конкурсным (арбитражным) управляющим производится реализация имущества, на которое решением № 13 Межрайонной ИФНС № 3 по Тверской области от 27 октября 2016 года наложены обеспечительные меры на общую сумму 63 364 512 рубля, за счёт которого может быть произведено погашение налоговой недоимки выставленной ООО «КПД Удомля-1», при этом судом не установлена вина в действиях контролирующего деятельность Общества физического лица, возмещение суммы причиненного ущерба, выявленного в ходе налоговой проверки, указанной в исковом заявлении, данное может быть реализовано в порядке гражданского судопроизводства.

В удовлетворении гражданского иска, заявленного в настоящем деле, в связи с оправданием подсудимых следует отказать.

Избранную в отношении Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. на предварительном следствии меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении следует отменить.

Аресты, наложенные на недвижимое имущество Рус-вой Т.В. и денежные средства, в качестве обеспечительных мер по делу следует отменить после вступления приговора суда в законную силу.

Процессуальных издержек по делу нет.

Вопрос о вещественных доказательствах, подлежит разрешению в порядке ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302, 304, 305, 306 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Рус-ву Татьяну Викторовну и Шус-ву Светлану Михайловну по предъявленному им обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдать по основанию, предусмотренному п. 3 ч.2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии подсудимых состава преступления.

Избранную в отношении Рус-вой Татьяны Викторовны и Шус-вой Светланы Михайловны на предварительном следствии меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - отменить.

Признать за Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. право на реабилитацию в порядке ст. ст. 133 - 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснить им, что вопрос о возмещении имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, разрешается судом, указанным в ч. 2 ст. 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в порядке ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а вопрос о компенсации морального вреда - в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства  *** 

В удовлетворении гражданского иска, заявленного прокурором в порядке ч.3 ст. 44 УПК РФ о взыскании с Рус-вой Т.В. и Шус-вой С.М. в солидарном порядке ущерба причиненного преступлением - отказать.

Материалы настоящего уголовного дела направить руководителю следственного органа для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Вышневолоцкий городской суд Тверской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы либо принесения апелляционного представления оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также пригласить защитника либо ходатайствовать о его назначении для участия в апелляционном рассмотрении дела, о чем заявить в тот же срок.

Источник
 
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Облако тегов
  • Читаемое
Формула защиты