Оправдание из-за невозможности реального погашения недоимки даже при поступлении всего дохода на счет (в 2015 году взносы в ПФР были после 3 и 5 очереди) отменено. Апелляционное постановление Кемеровского областного суда от 01.08.2019 № 22-3024/19

Статья 199.2 УК РФ 151
Судья Кемеровского областного суда Каримова И.Г., при секретаре Сударевой Н.В., с участием прокурора Загородней Т.В., представителя гражданского истца ФИО27, адвоката Казаковой Е.Н., оправданной ФИО1, рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление и дополнение к нему государственного обвинителя Макаровой А.В. на приговор Рудничного районного суда г. Прокопьевска Кемеровской области от 18.03.2019 г., которым ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 № 250-ФЗ) за отсутствием в ее действиях состава преступления (п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).

За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.

Мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении отменена до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования <данные изъяты> о взыскании с ФИО1 в доход федерального бюджета в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежных средств в размере <данные изъяты> рублей оставлены без рассмотрения, представителю гражданского истца разъяснена возможность последующего его предъявления в порядке гражданского судопроизводства.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав мнение прокурора Загородней Т.В. об отмене приговора по доводам апелляционного представления и дополнений к нему, пояснения оправданной ФИО1, адвоката Казаковой Е.Н., просивших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в <данные изъяты> в период с 06.10.2015 года по 12.12.2016 года сокрыла денежные средства организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, в крупном размере.

Приговором ФИО1 по предъявленному обвинению оправдана в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель Макарова А.В. считает приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона.

Указывает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности или невиновности оправданного.

Считает, что в ходе судебного следствия нашел свое подтверждение факт сокрытия ФИО1 денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, в крупном размере; судом правильно установлены фактические обстоятельства дела, время, место, способ совершения ФИО1 сокрытия денежных средств, подлежащих взысканию <данные изъяты>, наступившие последствия, установлены нормы Налогового Кодекса РФ, нарушенные ФИО1, признаны достоверными доказательства, исследованные в ходе судебного следствия.

Отмечает, что согласно уставу <данные изъяты> ФИО1 являлась единоличным исполнительным органом данного предприятия, в соответствии с распоряжением Администрации г. Прокопьевска от 01.09.2015 года - председателем ликвидационной комиссии <данные изъяты> в рассматриваемый период осуществляла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, в том числе обязана была платить установленные налоги и сборы.

По мнению государственного обвинителя, в ходе судебного следствия, исходя из выводов заключения эксперта № от 10.06.2016 года достоверно установлен факт недоимки по налогам и сборам в размере <данные изъяты> рублей, что подтверждается также показаниями свидетелей ФИО8, ФИО29 Исследованные в судебном заседании показания свидетелей ФИО14, ФИО17, ФИО22 подтверждают, что ФИО1 достоверно знала о наличии у организации недоимки по налогам и сборам, а также о том, что на денежные средства организации обращено принудительное взыскание данной недоимки. Считает, что установленный заключением эксперта № от 10.06.2016 года факт наличия в рассматриваемый период у <данные изъяты> денежных средств в размере <данные изъяты> рубля подтверждает, что ФИО1 имела реальную возможность погасить недоимку по налогам. Факт того, что ФИО1 умышленно создала условия для незачисления денежных средств на расчетные счета предприятия, организовала направление полученных от населения денежных средств на счета <данные изъяты>, минуя расчетные счета <данные изъяты> в рассматриваемый период, допустив рост недоимки по налогам и сборам, подтверждается показаниями свидетелей ФИО2, ФИО6, ФИО19, ФИО8, ФИО29, ФИО21, ФИО20, ФИО7, ФИО13, ФИО28, ФИО10, а также копиями договора поручения от ДД.ММ.ГГГГ, договоров поручения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между <данные изъяты> на перечисление заработной платы работникам, принятие обязательств по расчетам с ресурсоснабжающими и другими организациями, по сбору начисленной платы за содержание и ремонт жилых помещений, жилищно-коммунальных услуг.

Также считает, что в ходе судебного заседания достоверно установлено, что <данные изъяты> направлялись в адрес предприятия требования об уплате налогов, решения о принудительном взыскании, об обращении взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в банках, на которые выставлялись инкассовые поручения, на основании которых должно было быть произведено списание денежных средств со счетов плательщика в бесспорном порядке. Данный вывод следует из исследованных в суде копий требований об уплате налога, решений о взыскании налогов и сборов за счет денежных средств на счетах <данные изъяты>», поручений на списание и перечисление денежных средств со счетов <данные изъяты>», инкассовых поручений, постановления и решения о взыскании налогов за счет имущества <данные изъяты> Указывает на то, что о мерах, принятых <данные изъяты> ФИО1 была достоверно осведомлена, поскольку документооборот, касающийся деятельности предприятия, проходил через нее, что подтверждается показаниями ФИО14, наличием копий требований об уплате налога, пени, штрафа, направленных <данные изъяты> в адрес <данные изъяты> решений о приостановлении операций по счетам <данные изъяты>

Полагает, что умысел, направленный на сокрытие денежных средств предприятия от взыскания недоимки по налогам и сборам, подтверждается тем, что ФИО1 организовала движение денежных средств через счета <данные изъяты> минуя расчетные счета <данные изъяты> в рассматриваемый период. Считает, что по смыслу закона, под сокрытием денежных средств организации за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов следует понимать любое деяние, направленное на воспрепятствование принудительному взысканию недоимки по налогам и сборам, в связи с чем действия ФИО1 по недопущению факта зачисления денежных средств на счет предприятия следует расценивать как умышленные действия, направленные на воспрепятствование принудительному взысканию недоимки по налогам и сборам. Считает установленным, что своими действиями ФИО1 нарушила положения ст.ст. 45, 46, 69, 76 части первой Налогового кодекса РФ.

По мнению апеллянта, не свидетельствуют о невиновности ФИО1 выводы дополнительной судебной экономической экспертизы № от 28.02.2018 года, в которой содержатся указания на суммы в размере <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей, которые могли быть списаны по требованию ФНС России в счет недоимки по налогам и сборам, с учетом очередности списания пеней в порядке 3-ей и 5-ой очередей соответственно.

Полагает, что вывод суда о размере сокрытых ФИО1 денежных средств, подлежащих списанию ФНС, сформированный с учетом очередности их списания, является необоснованным, поскольку не основан на установленных в ходе судебного заседания юридически значимых обстоятельств.

Считает, что факт того, что денежные средства <данные изъяты> в размере <данные изъяты> рубля при нахождении их на счетах данного предприятия могли быть списаны в счет уплаты задолженности по налогам и сборам перед Пенсионным фондом РФ и Фондом социального страхования России, не является обстоятельством, влекущим необходимость оправдания ФИО1 Полагает, что то обстоятельство, что суд не учел, что сокрытые денежные средства фактически не поступили как на погашение задолженности по налогам и сборам, так и на погашение задолженности перед Пенсионным фондом РФ и Фондом социального страхования России, существенно повлияло на обоснованность выводов суда относительно предъявленного ФИО1 обвинения.

Считает, что стороной обвинения в ходе судебного следствия суду представлено достаточно доказательств, обосновывающих предъявленное ФИО1 обвинение.

По мнению государственного обвинителя, позиция суда противоречит положениям п. 4 ст. 226 НК РФ о том, что налоговые агенты обязаны удерживать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при фактической выплате с учетом особенностей, установленных настоящим пунктом. Полагает, что квалифицирующий признак «в крупном размере» нашел свое подтверждение исходя из того, что сумма недоимки по налогам и сборам составила <данные изъяты> рублей, а сумма сокрытых денежных средств превышает эту сумму.

Просит учесть, что гражданско-правовой и частный интерес хозяйствующего субъекта не может быть признан более значимым, чем интерес общества и государства, что все совершаемые ФИО1 действия были направлены на соблюдение ее интересов как лица, выполняющего управленческие функции в <данные изъяты> а также интересов контрагентов этого предприятия.

Полагает, что в ходе судебного следствия установлен факт совершения ФИО1 действий, запрещенных уголовным законом, которые подлежат квалификации по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ – как сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, в крупном размере (в ред. ФЗ от 29.07.2017 № 250-ФЗ).

Кроме того, отмечает, что в резолютивной части приговора суд указал на оправдание ФИО1 в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, однако из описательно-мотивировочной его части следует, что суд, исследовав в судебном заседании доказательства по делу, приходит к выводу о необходимости оправдания ФИО1 по ч. 1 ст. 199 УК РФ, при этом обвинения в совершении данного преступления ФИО1 не предъявлялось.

Просит оправдательный приговор в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе.

В возражениях на апелляционное представление защитник ФИО1 – адвокат ФИО9 просит приговор оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Проверив приговор суда, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона (ст. 389.17 УПК РФ).

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ст. 305 УПК РФ описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать существо предъявленного обвинения, обстоятельства уголовного дела - установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

При этом, по смыслу закона, в приговоре должен быть приведен всесторонний анализ доказательств, на которых суд основывает свои выводы и должны получить оценку все доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Лишь оценив всю совокупность доказательств и по всему обвинению в целом, а не по частям обвинения без их взаимности, суд может сделать вывод о доказанности или недоказанности виновности подсудимого в инкриминируемом деянии.

В силу ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое из доказательств подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Эти требования закона судом должным образом не выполнены.

Суд исследовал и привел в приговоре показания ФИО1 в ходе предварительного следствия, поскольку в судебном заседании она отказалась давать показания, воспользовавшись правом, предоставленным ей ст.51 Конституции РФ; показания свидетелей ФИО21, ФИО14, ФИО23, ФИО4, ФИО6, ФИО19, ФИО2, ФИО29,  ФИО8, ФИО17, ФИО11, ФИО22, ФИО7, ФИО10, ФИО20, ФИО5, ФИО25, ФИО13,  ФИО26, ФИО12,ФИО24, ФИО30, ФИО3, ФИО16, ФИО15, ФИО18, письменные доказательства, в том числе заключения основной и дополнительной судебной экономической экспертизы.

Как указано в приговоре, каждое из исследованных и приведенных в приговоре доказательств суд признал относимым, допустимым и достоверным, а все собранные доказательства в совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела.

Так, суд указал в приговоре, что должностное положение ФИО1 как лица, выполняющего управленческие функции в <данные изъяты> - единоличного исполнительного органа, постоянно выполняющего организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции; осведомленность ФИО1 о задолженности <данные изъяты> по налогам и сборам установлена.

Суд также пришел к выводу о том, что обязанности организации-налогоплательщика <данные изъяты> и ФИО1 как его руководителя по уплате налогов и сборов не были выполнены; что размер задолженности <данные изъяты> перед налоговыми органами подтвержден исследованными в суде доказательствами; что действия налогового органа и МОСП, направленные на принудительное взыскание недоимки <данные изъяты> по налогам и сборам, соответствовали требованиям законодательства.

Как указано в приговоре, судом установлено, что в период с 06.10.2015 по 12.12.2015 ФИО1 направила в адрес <данные изъяты> распорядительные ходатайства о направлении фактически принадлежащих <данные изъяты> собранных с собственников и нанимателей квартир в многоквартирных домах денежных средств минуя расчетный счет <данные изъяты> в адрес третьих лиц - его контрагентов; что во исполнение распорядительных ходатайств ФИО1 в период с 06.10.2015 по 12.12.2015 с расчетного счета <данные изъяты> на расчетные счета контрагентам <данные изъяты> перечислены денежные средства в общем размере <данные изъяты> руб.

При этом суд указал, что ходатайства ФИО1 были направлены при наличии неисполненных требований об уплате налога в порядке ст. 69 НК РФ, что после истечения срока, установленного в полученных требованиях об уплате налога, наступает уголовная ответственность по ст. 199.2 УК РФ, и что указанные обстоятельства нашли свое бесспорное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Суд отверг доводы стороны защиты о том, что такой порядок расчетов был вынужденной мерой для поддержания жизнедеятельности предприятия, и пришел к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО1 действующей в состоянии крайней необходимости.

При этом суд пришел к выводу, что реальная возможность погашения недоимки <данные изъяты> по налогам даже при поступлении всего дохода <данные изъяты> на его расчетный счет отсутствовала, что действия ФИО1 не являются преступлением, поскольку ее действиями в период с 06.10.2015 по 12.12.2015 фактически совершено сокрытие денежных средств <данные изъяты>, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, при условии списания пеней в 3-ей очереди - в размере <данные изъяты> руб., при условии списания пеней в 5-ой очереди - в размере <данные изъяты> руб., что не является крупным размером, то есть состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 199 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 № 250-ФЗ), отсутствует.

В обоснование своих выводов суд сослался на заключение дополнительной судебной экономической экспертизы № от 28.02.2018г., проведенной по ходатайству гособвинителя, согласно выводам которой при поступлении на расчетный счет <данные изъяты> денежных средств в размере <данные изъяты> рубля, по требованию ФНС России в счет взыскания недоимки по налогам и сборам могло быть списано при условии списания пеней в 3-ей очереди - <данные изъяты> руб., при условии списания пеней в 5-ей очереди – <данные изъяты> руб., остальные денежные средства могли быть списаны как недоимка в ПФР РФ (по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование и на обязательное медицинское страхование) и в ФСС РФ (по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний). 

Вместе с тем, суд не дал надлежащей оценки тому обстоятельству, что денежные средств в сумме <данные изъяты> рубля на расчетный счет <данные изъяты> не поступали, не привел доказательства, свидетельствующие о том, что из этих денежных средств производились платежи, имеющие преимущество перед уплатой налогов и сборов, в том числе платежи по недоимке в ПФР РФ, ФСС РФ. Таким образом, без оценки всех вышеприведенных обстоятельств, а также всей совокупности исследованных судом доказательств, с доводами суда первой инстанции, положенными в основу оправдания ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, согласиться нельзя.

Учитывая изложенное, в представлении справедливо отмечается, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам дела. Судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, что является основанием к отмене приговора и направлению дела на новое судебное разбирательство.

Исходя из необходимости соблюдения принципов независимости, беспристрастности и объективности суда, рассматривающего дело по существу, а также учитывая требования ч.4 ст.389.19 УПК РФ, запрещающей суду апелляционной инстанции при отмене приговора и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство предрешать вопросы, которые требуют проверки и оценки суда первой инстанции, доводы, изложенные в апелляционном представлении государственного обвинителя подлежат проверке и разрешению при новом судебном разбирательстве по делу. инстанции.

При новом рассмотрении уголовного дела суду необходимо в полном объеме исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, как в отдельности, так и в совокупности, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона принять законное, обоснованное и мотивированное решение по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.17, 389.19, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Оправдательный приговор Рудничного районного суда г. Прокопьевска Кемеровской области от 18.03.2019 г. в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд иным составом.

Источник


Kак отбиться от обвинений?

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru, Стенькин Алексей, адвокат

Форма обратной связи

Похожая практика

Поисковые метки

Контакты, соц.сети

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru

Стенькин Алексей, адвокат

images

О сайте

Практика судов по налоговым преступлениям, собственные обзоры судебных актов, письма, разъяснения, выводы.

Делай что должно, и будь что будет.

Стенькин Алексей © 1992-2020. Адвокат.

Рейтинг@Mail.ru