Доводы о том, что дебиторская задолженность является иным имуществом, предусмотренным ст. 47 НК РФ, обвинение по которому не предъявлено, проигнорированы. Апелляционное постановление Ярославского областного суда от 21.01.2020 № 22-106/20

Статья 199.2 УК РФ / 226 / Печать
Ярославский областной суд в составе председательствующего судьи Момотовой Е.В., при секретаре Фоминой А.И., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя Рыбинского городского прокурора Ярославской области Бондаренко А.А., апелляционную жалобу адвоката Серой Е.А. и осужденного Вет-на М.О. на приговор Рыбинского городского суда Ярославской области от 2 декабря 2019 года, которым Вет-н Максим Олегович, <персональные данные>, несудимый, осужден по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ (в редакции Федерального закона №250-ФЗ от 29 июля 2017 года) к штрафу в размере 200 000 (двухсот тысяч) рублей.

Мера пресечения не избиралась.

Определена судьба вещественных доказательств.

Постановлено наложенный в ходе предварительного следствия арест на имущество подсудимого Вет-на М.О.: автомобиль ... 2005 года выпуска, <данные изъяты> регистрационный знак ...; автомобиль марки «...», 2012 года выпуска, <данные изъяты> регистрационный знак ... - снять по вступлении приговора в законную силу.
    
Заслушав выступления прокурора Берковской Т.А. в поддержание апелляционного представления, осужденного Вет-на М.О., адвоката Серой Е.А. в поддержание апелляционной жалобы, суд

у с т а н о в и л:

Вет-н Максим Олегович признан виновным в сокрытии денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, в крупном размере.

Обстоятельства преступления, совершенного в период с 3 апреля 2017 года по 18 декабря 2017 года, изложены в приговоре суда.

Подсудимый Вет-н М.О. свою вину в преступлении не признал.

В апелляционном представлении прокурор просит об отмене приговора ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применение уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона, несправедливости приговора.

Прокурор отмечает, что в нарушение статей 307, 389.16 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора (л.д. 3, 56, 57) суд, уточняя объем предъявленного подсудимому обвинения и уменьшая общий размер недоимки по налогам, для списания и перечисления которой были выставлены шесть инкассовых поручений на сумму 4 307 575 рублей 76 копеек, указал меньшую сумму недоимки - 4 304 575 рублей 75 копеек, вместо 4 307 575 рублей 76 копеек (сумма, на которую фактически выставлены инкассовые поручения).

Обращает внимание, что на 18 декабря 2019 года истекает установленный пунктом «а» части 1 статьи 78 УК РФ двухгодичный срок давности уголовного преследования за совершенное Вет-ным М.О. преступление небольшой тяжести; оснований для приостановления сроков давности, предусмотренных частью 3 статьи 78 УК РФ, по делу не установлено.

Прокурор предлагает принять решение об освобождении Вет-на М.О. от назначенного ему наказания в виде штрафа за истечением сроков давности уголовного преследования.
    
В апелляционной жалобе осужденный Вет-н М.О. и адвокат Серая Е.А. в его защиту просят об отмене приговора ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и вынесении нового оправдательного приговора.
    
Обращают внимание на несоответствие обвинительного заключения в отношении Вет-на М.О. пункту 4 части первой статьи 220 УПК РФ, а именно, в обвинительном заключении не указана редакция статьи 199.2 УК РФ по которой квалифицированы действия Вет-на М.О., тем самым нарушено право на защиту. Вет-ну М.О. вменяется период сокрытия денежных средств с 03.04.2017 г. по 18.12.2017 г. Федеральным законом от 29.07.2017 № 250-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования отношений, связанных с уплатой страховых взносов в государственные внебюджетные фонды" статья 199.2 УК РФ изложена в новой (иной) редакции.
    
Указывают, что обвинительное заключение и обвинение основаны на доказательствах, отсутствующих в материалах дела на момент утверждения и предъявления.

Приводят изложенное в обвинительном заключении содержание положений ст. 46 НК РФ о принудительном порядке исполнения обязанности по уплате налога в случае его неуплаты или неполной уплаты в установленный срок по решению налогового органа; перечисляют решения о принудительном взыскании задолженности, принятые налоговым органом, которые, по сведениям конкурсного управляющего <организация1> решения о взыскании задолженности по электронным каналам связи и почтой в <организация1> не поступали, в материалах дела и перечне доказательств отсутствуют. Восполнение доказательств в ходе судебного разбирательства указанных в описательно-мотивировочной части обвинения, недопустимо и нарушает право обвиняемого на защиту; суд для установления виновности либо невиновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния, должен был исходить из объема доказательств, представленных стороной обвинения в ходе предварительного расследования и исследованных в судебном заседании.

Указывают, что приговор основан на недопустимых доказательствах, одним из которых считают заключение дополнительной судебно-бухгалтерской экспертизы № от 26 декабря 2018 года. Заключение эксперта ФИО1 № от 12 октября 2018 года признано недопустимым доказательством.

Дополнительная судебно-бухгалтерская экспертиза проведена с существенным нарушением уголовно-процессуальным норм, ненадлежащим экспертом, не обладающим соответствующим уровнем квалификации и правом на самостоятельное проведение бухгалтерских экспертиз (в том числе и налоговых), что повлекло необоснованность заключения эксперта и наличие противоречивых выводов.

Считают неправильными ответы эксперта о сумме недоимки <организация1> по налогам, в отношении которой в установленном порядке после истечения срока, установленного в полученном требовании об уплате налога и (или) сбора, приняты меры принудительного взыскания по состоянию на 03.04.2017 и на 18.12.2017, что повлекло необоснованные выводы о размере недоимки и сроках ее возникновения, с которыми согласился суд.
    
В нарушение требований ст. 73 УПК РФ, не установлен факт сокрытия денежных средств - дебиторской задолженности и умысел обвиняемого на сокрытие денежных средств от взыскания в счет погашения недоимки, что является обязательным при доказывании вины обвиняемого.

Установление конкретной суммы дебиторской задолженности <организация1>, которая должна была поступить на расчетный счет и за счет которой, в том числе после выплаты заработной платы, должно производиться взыскание налогов и сборов (сокрытая денежная сумма), но направлена на расчеты с контрагентами в счет погашения обязательств (дебиторской задолженности), является необходимым условием для квалификации деяния по ст. 199.2 УК РФ.
    
Дебиторская задолженность включена в состав активов предприятий правилами бухгалтерской отчетности и предусмотрена подпунктом 6 пункта 5 ст. 47 НК РФ в числе облагаемого налогами актива в виде «иного имущества».

Вет-ну М.О. обвинение в части сокрытия «иного имущества» не предъявлялось.

Дебиторская задолженность может рассматриваться в качестве предмета преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ, лишь в случае применения налоговым органом положений ст.47 НК РФ.

Вет-ну М.О. вменено именно сокрытие «денежных средств» <организация1>, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам с единым умыслом.

Способ совершения преступления Вет-ным М.О. не конкретизирован, в приговоре не содержится сведений о том, когда, кому и на какие суммы Вет-ным М.О. подписывались распорядительные письма (финансовые поручения) о переводе денежных средств «по обязательствам» <организация1> напрямую контрагентам-дебиторам; когда, на какую сумму и по какому договору, и в погашение (зачет) какого обязательства <организация2> Вет-н М.О. распоряжался перечислить денежные средства.

Не учтено и доказывает отсутствие умысла, что часть распорядительных писем (финансовых поручений) были направлены на оплату налогов, пени, штрафов, страховых взносов, взносов в ПФР и ФСС, в службу судебных приставов, поэтому не могут считаться «сокрытыми».

Указание в приговоре сумм, перечисленных за <организация1> описывают лишь действия руководства <организация2>, и сами по себе, в отсутствие вышеперечисленных сведений, не свидетельствуют о взаимосвязи этих действий с описанными действиями Вет-на М.О.
    
Указывают, что Вет-н М.О. не имел цели избежать взыскания недоимки с учетом характера платежей. Его действия были направлены лишь на сохранение рабочих мест, производственной базы - животноводства (скота), а также предотвращение наступления негативных последствий в виде прекращения основных видов деятельности, что свидетельствует об их совершении в состоянии крайней необходимости.
    
Исходя из буквального смысла финансовых поручений и оснований платежа в платежных поручениях не следует, что <организация2> осуществляет платежи за <организация1> в счет имеющейся дебиторской задолженности. Исполнение обязательств третьим лицам не запрещено законом и не доказывает умысла Вет-на М.О. на сокрытие имущества (денежных средств) от уплаты налогов.

Ссылаются на неправильное применение уголовного закона.

Суд квалифицировал действия Вет-на М.О. по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, тогда как подобные действия в принципе не подпадают под действие данной статьи.

В соответствии с приговором, <организация1> являлось налоговым агентом, уплата НДФЛ за счет средств налоговых агентов в соответствии с п.9 ст.226 НК РФ не допускается.

Вет-н М.О. признан виновным в сокрытии денежных средств организации (а фактически, имущества - дебиторской задолженности), за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации должно быть произведено взыскание недоимки по налогам. Однако взыскание задолженности (НДФЛ) за счет средств налогового агента - организации недопустимо в силу Закона.

Проверив доводы представления и жалобы по материалам уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о доказанности вины Вет-на М.О. в преступлении основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, которым в приговоре дана надлежащая правовая оценка: показаниях представителя потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, эксперта ФИО1, заключении дополнительной судебно-бухгалтерской экспертизы, письменных материалах дела, вещественных и иных доказательствах.

Доводы жалобы об обосновании обвинения доказательствами, не приведенными в обвинительном заключении, что влечет невозможность их восполнения судом в приговоре, суд считает необоснованными.

К числу таких доказательств авторы жалобы относят 6 решений налогового органа о принудительном взыскании задолженности: № от 9 марта 2017 года, № от 9 марта 2017 года, № от 1 апреля 2017 года, № от 26 мая 2017 года, № от 24 мая 2017 года, № от 5 декабря 2017 года.

Между тем, орган следствия, излагая в обвинительном заключении действия налогового органа, предпринятые в соответствии со ст. ст. 45, 69 НК РФ о принудительном порядке исполнения обязанности по уплате налога в случае его неуплаты или неполной уплаты в установленный срок по решению налогового органа, приводит сведения о наличии указанных решений.

Сами решения содержатся в вещественных доказательствах, приобщенных к уголовному делу, с данными вещественными доказательствами при выполнении требований ст. 217 УПК РФ обвиняемый и защитник ознакомлены в полном объеме.

Указанные решения в числе других доказательств при отсутствии возражений стороны защиты исследованы в судебном заседании и правомерно приведены в приговоре.

Суд обоснованно признал заключение дополнительной судебно-бухгалтерской экспертизы № от 26 декабря 2018 года допустимым доказательством по делу и мотивированно и правильно отверг доводы защиты об обратном. Сведения об образовании, квалификации эксперта ФИО1, наличии у нее права на самостоятельное проведение бухгалтерских, налоговых экспертиз исследованы и оценены судом. Процедура назначения и производства экспертизы соответствует требованиям ст. ст. 195, 199 УПК РФ, а само заключение отвечает положениям ч.1 ст. 204 УПК РФ. Оснований для сомнения в обоснованности выводов эксперта не имеется, несогласие с ними стороны защиты не влечет вывод о недоверии экспертному заключению.
     
С доводами апелляционной жалобы об отсутствии в действиях Вет-на М.О. состава инкриминируемого ему деяния, аналогичными позиции защиты в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции также согласиться не может.

В соответствии со ст. 57 Конституции Российской Федерации, а также требований ст.ст. 8, 19, 23, 45 Налогового кодекса РФ, <организация1> является организацией— налогоплательщиком, обязанным платить законно установленные налоги, в том числе налог на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляются в соответствии со ст. ст. 227, 227.1, 228 НК РФ, земельный налог с организаций, обладающих земельным участком, расположенным в границах сельских поселений, единый сельскохозяйственный налог.

Судом правильно проанализированы объем и содержание должностных полномочий генерального директора <организация1>, которым с 27 декабря 2016 года являлся Вет-н М.О.

Вет-н М.О. на основании ст. 69 Федерального Закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и п.п. 9.1, 9.2, 9.3 Устава <организация1> в период времени с 3 апреля 2017 года по 18 декабря 2017 года осуществлял руководство деятельностью Общества, в том числе финансово-хозяйственной, являлся ответственным за выполнение Обществом всех обязательств перед бюджетами и государственными внебюджетными фондами, в силу ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» был обязан организовать ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета Общества. При таких обстоятельствах Вет-н М.О. обоснованно признан субъектом преступления, предусмотренного ч.1 ст. 199.2 УК РФ.

В судебном заседании суда первой инстанции Вет-н М.О. не оспаривал свою осведомленность о наличии у <организация1> задолженности по налогам и о том, что налоговым органом были выставлены инкассовые поручения на расчетные счета общества. Вместе с тем, по его мнению, требование межрайонной ИФНС России №3 по результатам выездной налоговой проверки выставлено с нарушением сроков, задолженность по налогам образовалась при предыдущем руководстве обществом. Умысла на сокрытие денежных средств <организация1> не имел, его действия были продиктованы крайней необходимостью, направлены на поддержание деятельности возглавляемого им сельскохозяйственного предприятия. При наличии у возглавляемых им <организация1> и <организация2> договора от 24 октября 2016 года на оказание услуг по содержанию и выращиванию крупного рогатого скота последним производились оплаты хозяйственных нужд <организация1> из собственных и заемных средств. Подобная практика сложилась до принятия им на себя руководства обществами.

Оценив показания подсудимого Вет-на М.О., суд первой инстанции обоснованно расценил их как способ защиты и пришел к правильному выводу о том, что он опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Размер недоимки по налоговым платежам <организация1> по состоянию на 3 апреля 2017 года и на 18 декабря 2017 года материалами дела установлен.

На 3 апреля 2017 года размер недоимки составлял 3 779 513, 76 рублей, из которых 3 481 898 рублей 32 копейки - недоимка по налогу на доходы физических лиц, включающая в себя недоимку в размере 3 157 180 рублей, образовавшуюся за период с 01 октября 2014 года по 31 декабря 2015 года и доначисленную по результатам выездной налоговой проверки (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № от 26 января 2017 года), а также текущая недоимка за 4 квартал 2016 года в размере 324 718, 32 рубля; 259 296 рублей 44 копейки — недоимка по земельному налогу, 38 319 рублей — недоимка по единому сельскохозяйственному налогу.

Оснований для исключения из обвинения Вет-на М.О. указания на недоимку по единому сельскохозяйственному налогу на 3 апреля 2017 года суд обоснованно не усмотрел, указав, что, несмотря на погашение данной недоимки 11 апреля 2017 года, ее наличие на 3 апреля 2017 года подтверждено показаниями ФИО4, справками о размере задолженности на 3 апреля 2017 года, выписками из лицевого счета <организация1> по единому сельскохозяйственному налогу.

Размер недоимки по земельному налогу судом уточнен с учетом уменьшения суммы налога на 55892 рубля, что следует из предоставленной организацией уточненной налоговой декларации от 16 мая 2017 года, показаний свидетеля ФИО4, выпиской из лицевого счета <организация1> по земельному налогу.

На 18 декабря 2017 года размер недоимки <организация1> составил 3 739 012 рублей по налогу на доходы физических лиц, включая недоимку в размере 3 157 180 рублей, образовавшуюся за период с 1 октября 2014 года по 31 декабря 2015 года и доначисленную по результатам выездной налоговой проверки (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № от 26 января 2017 года, а также текущую недоимку в размере 581 832 рубля за 1 и 3 квартал 2017 года.

Размер недоимки по перечисленным выше видам налогам подтвержден сведениями, представленными Межрайонной ИФНС России № 3 по Ярославской области, о задолженности <организация1> по налоговым платежам, выписками из лицевых счетов <организация1> по НДФЛ, земельному налогу и ЕСХН, актом выездной налоговой проверки от 06.12.2016 года № и решением о привлечении <организация1> к ответственности за совершение налогового правонарушения № от 26 января 2017 года, показаниями свидетелей — сотрудников Межрайонной ИФНС России № 3 по Ярославской области ФИО4, ФИО3, заключением дополнительной — судебной бухгалтерской экспертизы № от 26.12.2018 года.

В связи с наличием недоимки по налоговым платежам Межрайонная ИФНС России №3 по Ярославской области в соответствии со ст. ст. 45, 69 НК РФ применяла к <организация1> меры принудительного взыскания налоговой задолженности, в период с 6 февраля 2017 года по 9 ноября 2017 года в адрес <организация1> направлены шесть требований об уплате налога, каждое из которых содержало предупреждение о применении в случае неуплаты недоимки обеспечительных мер и мер ее принудительного взыскания.

В связи с неисполнением <организация1> требований Межрайонной ИФНС России No 3 по Ярославской области об уплате налога налоговым органом в период с 9 марта 2017 года по 5 декабря 2017 года в соответствии с требованиями ст. 46 НК РФ приняты 6 решений о принудительном исполнении обязанности по уплате налога за счет денежных средств на счетах <организация1> в банках. Кроме того, в соответствии со ст. 76 НК РФ приняты решения о приостановлении операций по счетам налогоплательщика <организация1>. Одновременно в Северный банк ПАО «Сбербанк» в тот же период направлены шесть инкассовых поручений на списание и перечисление с расчетного счета <организация1> № недоимки по налогам в размере 4 307 575,76 рублей в бюджетную систему РФ (4048 279,32 рублей — по налогу на доходы физических лиц, отнесенному к федеральным налогам, 259 296,44 рублей — по земельному налогу, отнесенному к местным налогам).

В результате арифметических подсчетов, повлекших уменьшение размера недоимки по налогам, для списания и перечисления которой были выставлены шесть инкассовых поручений, суд, правильно определив общий размер недоимки 4 307 575, 76 рублей, ошибочно на листах приговора 3, 56, 57 указал 4 304 575,76 рублей.

На эту техническую ошибку обращено внимание в апелляционном представлении прокурора, в связи с чем суд апелляционной инстанции вносит уточнение, что общий размер недоимки составляет 4 307 575, 76 рублей.

Материалы, подтверждающие факты невыплаты <организация1> недоимки по налогам, конкретные меры, принятые налоговым органом для принудительного взыскания обязательных платежей в бюджет, подробно приведены в приговоре.

Анализируя примененную Межрайонной ИФНС России № 3 по Ярославской области в отношении <организация1> процедуру принудительного взыскания недоимки по налогам, суд обоснованно признал соответствие действий налогового органа требованиям ст. ст. 46, 76 НК РФ.

Указанные требования и решения направлялись в адрес налогоплательщика по электронным каналам связи, что подтверждается документами, поименованными как «подтверждение даты отправки» и квитанциями о приеме.

Форма и содержание требований об уплате налога, выставленных в адрес <организация1>, соответствуют положениям пп. 4 и 5 ст. 69 НК РФ, требования выставлены в сроки, предусмотренные пп. 1 и 2 ст. 70 НК РФ.

Доводы защиты о том, что Вет-н М.О. не мог выполнять незаконные требования налоговой инспекции, которая сама нарушила срок выставления требования об уплате недоимки по налогу на доходы физических лиц на сумму 3 157 180 рублей, образовавшейся за период с 1 октября 2014 года по 31 декабря 2015 года, доначисленной по результатам выездной налоговой проверки, судом первой инстанции проверялись и обоснованно были отвергнуты. Своевременное предоставление <организация1> в Межрайонную ИФНС России № 3 по Ярославской области справок по форме 2-НДФЛ за 2014 и 2015 годы, в которых имелась информация о сумме начисленного, удержанного и перечисленного налога на доходы физических лиц, не означало получение налоговым органом сведений об образовавшейся недоимке по данному виду налога до проведения выездной налоговой проверки. С учетом содержательной стороны справки по форме 2-НДФЛ на момент их предоставления в налоговый орган не позволяли определить действительную обязанность налогового агента по перечислению НДФЛ, исчислить размер пени, исходя из суммы задолженности по налогу в отношении каждого периода просрочки (включая дату выплаты дохода), исчислить штраф. При таких обстоятельствах размер недоимки по НДФЛ определяется именно по результатам выездной налоговой проверки, о чем следует из показаний свидетеля ФИО3

Вет-н М.О. был достоверно осведомлен о поступлении перечисленных выше требований в адрес <организация1>, а, следовательно, о наличии и размере недоимки по налоговым платежам, о применении налоговым органом в отношении <организация1> процедуры принудительного взыскания недоимки.

Данный вывод подтвержден исследованными в судебном заседании и подробно приведенными в приговоре документами, представленными Межрайонной ИФНС России № 3 по Ярославской области, а именно подтверждением даты отправки и квитанциями о приеме применительно к каждому требованию.

Игнорируя поступившие в адрес <организация1> требования об уплате недоимки по налогам, желая продолжать финансово-хозяйственную деятельность <организация1>, с целью воспрепятствования принудительному взысканию недоимки по налогам путем бесспорного перечисления денежных средств, поступивших на расчетные счета <организация1>, в счет погашения указанной недоимки по налогам, то есть с целью сокрытия денежных средств <организация1>, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, Вет-н М.О. умышленно принял решение об осуществлении расчетов с кредиторами без зачисления денежных средств на расчетные счета <организация1>.

Реализуя данный умысел, Вет-н М.О., являясь руководителем и собственником имущества <организация2> и <организация1>, то есть взаимозависимых юридических лиц, первое из которых выступало контрагентом-дебитором второго, имея фактические и правовые основания для перечисления с расчетного счета <организация2> на расчетные счета <организация1> дебиторской задолженности в виде оплаты по договору от 24.10.2016 года за услуги по содержанию и выращиванию крупного рогатого скота, размер которой за период с 15.10.2016 года по 30.09.2017 года составил 13 240 000 рублей, в период времени с 03.04.2017 года по 18.12.2017 года, давал подчиненным сотрудникам обязательные для исполнения указания подготавливать распорядительные письма (финансовые поручения) от имени <организация1> в адрес <организация2> с просьбами о перечислении денежных средств напрямую контрагентам-кредиторам <организация1>, которые лично подписывал, как генеральный директор <организация1>, после чего, как генеральный директор <организация2>, давал указания о перечислении денежных средств с расчетного счета <организация2>. При этом он осознавал, что операции по указанному расчетному счету <организация2> не приостановлены и не будут выявлены налоговым органом, поэтому денежные средства, которые должны были бы поступить на расчетные счета <организация1>, в том числе, от погашения дебиторской задолженности <организация2>, будут направлены на осуществление хозяйственной деятельности <организация1>, минуя расчетные счета <организация1>.

В период с 3 апреля 2017 года по 18 декабря 2017 года по указанию Вет-на М.О. подготовлены, подписаны им лично в адрес <организация2> распорядительные письма (финансовые поручения) о перечислении денежных средств по обязательствам <организация1> контрагентам-кредиторам последнего, а также 330 платежных документов от имени <организация2>, на основании которых с расчетного счета <организация2> на банковские счета контрагентов-кредиторов <организация1> в сумме и по реквизитам, указанным в соответствующих распорядительных письмах, перечислены денежные средства в общей сумме 8 903 399,85 рублей.

Перечисление руководителем организации денежных средств кредиторам путем дачи финансовых поручений произвести оплату, минуя расчетные счета в банке организации – налогоплательщика, является сокрытием денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам. Такие решения принимал именно генеральный директор <организация1> Вет-н М.О., который подписывал и направлял финансовые поручения для расчета со своими контрагентами – кредиторами. Указанный механизм перечисления денежных средств позволял Вет-ну М.О. распоряжаться денежными средствами и исключал возможность взыскания с перечисленных денежных сумм задолженности общества по налогам.

В результате указанных действий Вет-на М.О., совершенных в период с 3 апреля 2017 года по 18 декабря 2017 года, были сокрыты денежные средства в размере 8 903 399,85 рублей, за счет которых в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно было производиться взыскание с <организация1> недоимки по налогам, в отношении которой налоговым органом применены меры принудительного взыскания путем приостановления операций по счетам налогоплательщика в банках, что повлекло общественно опасные последствия в виде непоступления в бюджетную систему Российской Федерации недоимки по налогам в размере 3 739 012 рублей, который в силу примечания к ст. 170.2 УК РФ является крупным.

При этом Вет-н М.О. сознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде непоступления в бюджетную систему Российской Федерации денежных средств в крупном размере и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом. Между действиями Вет-на М.О. по сокрытию денежных средств и наступившими последствиями в виде непоступления в бюджетную систему Российской Федерации недоимки по налогам – денежных средств в размере 3 739 012 рублей установлена прямая причинная связь.

Доводы защиты о том, что указанные действия Вет-н М.О. совершил в состоянии крайней необходимости, в целях поддержания деятельности сельскохозяйственного предприятия <организация1>, которое имеет непрерывный цикл производства, судом обоснованно отвергнуты.

<организация1> создано с целью получения прибыли, Вет-н М.О. был осведомлен о том, что счета организации заблокированы в связи с задолженностью по уплате налогов. Гражданско-правовой и частный интерес хозяйствующего субъекта не может быть признан более значимым, нежели интерес общественный и государственный. Вет-н М.О. не действовал в условиях крайней необходимости, его действия не были направлены на устранение опасности, угрожающей интересам общества или государства. Фактически все совершаемые действия с активами руководимого общества были направлены на соблюдение интересов <организация1>.

Судом также учтено, что на оплату электроэнергии, водоснабжения, которые объективно необходимы для содержания сельскохозяйственных животных на фермах <организация1>, затрачена относительно незначительная часть сокрытых денежных средств, более весомая часть этих сокрытых средств была направлена на оплату нефтепродуктов и запчастей для сельскохозяйственной техники, различного рода услуг, что не относилось к первоочередным и необходимым условиям деятельности <организация1>.

То обстоятельство, что подобная практика, как пояснил Вет-н М.О., сложилась при предыдущем руководстве обществом, не является основанием для освобождения его от уголовной ответственности за инкриминируемые действия.

Остальные доводы апелляционной жалобы также не опровергают выводы суда о виновности Вет-на М.О. и не ставят под сомнение законность, обоснованность и справедливость приговора.

Действия Вет-на М.О. судом квалифицированы правильно по ч.1 ст. 199.2 УК РФ (в редакции Федерального закона №250-ФЗ от 29 июля 2017 года) по закону, действующему во время совершения преступления, не изменившемуся во время постановления приговора, в соответствии с предъявленным ему обвинением. Уточнение судом в приговоре редакции закона обвинение не изменяет и право обвиняемого на защиту не нарушает.

Наказание соответствует закону.

Учитывая, что после постановления приговора истек установленный п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ двухгодичный срок давности уголовного преследования за преступление небольшой тяжести, предусмотренное ч.1 ст. 199.2 УК РФ, Вет-н М.О. подлежит освобождению от наказания.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд
                
п о с т а н о в и л:

Апелляционное представление заместителя Рыбинского городского прокурора Ярославской области Бондаренко А.А. удовлетворить.

Приговор Рыбинского городского суда Ярославской области от 2 декабря 2019 года в отношении Вет-на Максима Олеговича изменить.

В описательно - мотивировочной части приговора на листах 3, 56, 57 уточнить, что сумма недоимки по налогам составляет 4 307 575 рублей 75 копеек.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного Вет-на М.О. и адвоката Серой Е.А. – без удовлетворения.

На основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ Вет-на Максима Олеговича от наказания, назначенного по ч.1 ст. 199.2 УК РФ в виде штрафа в размере 200 тысяч рублей, освободить за истечением сроков давности уголовного преследования.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ


Kак отбиться от обвинений?

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru, Стенькин Алексей, адвокат

Форма обратной связи

Похожая практика

Поисковые метки

Контакты, соц.сети

+7 (903) 280-70-70, tax@advotax.ru

Стенькин Алексей, адвокат

images

О сайте

Практика судов по налоговым преступлениям, собственные обзоры судебных актов, письма, разъяснения, выводы.

Делай что должно, и будь что будет.

Стенькин Алексей © 1992-2020. Адвокат.

Рейтинг@Mail.ru